Еще до того, как я смог сесть на кровати, высокий худощавый блондин, мывший пол, заговорил со мной. Он был одет как надзиратель, но его очки были очень тонкими и очень дорогими, совсем не тюремными. Я решил, что он информатор.

Я оказался прав, но он работал не на полицию. Оказалось, что он друг Каллина, по крайней мере, так он утверждал. Он был тем самым другом, у которого было достаточно власти, чтобы уничтожить город и всех, кто в нем жил.

Он был не слишком привлекателен, но и Каллин тоже.

Он спросил, что со мной произошло. Я решил, что он пришел, чтобы убить меня, но, может быть, если он узнает правду, то не станет превращать весь город в руины или что-то в этом роде.

Я рассказал ему все, умолчав об одной детали: о книге заклинаний Каллина, которую я отправил своему двоюродному брату Дункану в штат Мэн. Я не хотел, чтобы Дункана убили только потому, что он получил по почте конверт.

Он слушал внимательно, но по его лицу ничего нельзя было понять. Может быть, он был отличным игроком в покер, а может, у него вообще не было человеческих эмоций. Я не спрашивал. Как бы то ни было, он выслушал меня от начала до конца, лишь пару раз кивнул, а потом, вместо того чтобы убить меня, пообещал вернуться.

Когда он ушел, я понял, что не спросил его имени. Наверное, и к лучшему.

Через несколько дней он появился снова. Копы пытались заставить меня подписать заявление о том, что я убил Джона, Мэйси, Эхо, Пэйтона, Андреа, Оскара и многих других. Они жаждали найти кого-то, кого можно было бы привлечь к ответственности, потому что в той драке на улице Джона они потеряли шестерых своих. Это была ужасная сцена и трагедия для всего города. Как самый отъявленный выживший, я должен был стать козлом отпущения.

Но я сопротивлялся. Я понимал, что рано или поздно друг Каллина, или Аннализ, вернутся и оторвут мне голову. У меня не было надежды выбраться из этой передряги, но я точно не собирался сотрудничать. Им придется затянуть петлю без моей помощи.

Когда друг Каллина вернулся, он был одет как адвокат и привел с собой еще одного адвоката в костюме от Армани. Коллин нанял для меня мистера Армани. Я чувствовал себя как тот самый пресловутый откормленный телёнок.

Друг рассказал, что нашёл книги с заклинаниями, которые я закопал. Он заверил меня, что это настоящая находка, копии книги, за которой общество охотилось веками. Он сказал, что я дал им "важную зацепку", что бы это ни значило.

Он заставил меня пересказать историю Уолли и нашу поездку в дом Неттл Филип. Мы поговорили о том, куда мог пойти Уолли и как он выглядел. У меня сложилось впечатление, что мой старый друг стал новым приоритетом для Общества двадцати дворцов. Хорошо. Я надеялся, что они сделают его жизнь интересной. Интересной и короткой.

Мы также поговорили о кузенах, о том, как они себя ведут и как выглядят. Возможно, он собирал материал для брошюры.

Я снова надеялся, что в конце встречи меня избавят от мучений, но этого не произошло. На этот раз друг оставил меня наедине со своим напарником. У меня был адвокат.

Мы придумали историю, которая обыгрывала случайную фразу, сказанную мной дяде и Черепу: Джон и его друзья получили от своего приятеля Уолли какой-то дизайнерский наркотик. Он вызывал галлюцинации и в конце концов довел Джона до каннибализма.

Какого черта. Это было не так уж далеко от истины.

Наконец, с меня сняли все обвинения. Если в моей истории о волшебстве и странностях и есть какое-то невероятное чудо, то это оно.

У полиции было слишком много нестыковок, которые они не могли объяснить. Тела Джона, Мэйси и Пейтона были в таком состоянии, что никто не мог дать им удовлетворительного объяснения. В полицейских отчетах говорилось, что он бежал через поле, но в отчете судмедэксперта говорилось, что он был трупом без мозга и оставался таковым в течение нескольких дней, тех самых дней, когда он появлялся в новостях, на камерах наблюдения в отеле и убил всю свою семью.

При вскрытии тел Джона, Мэйси и Пейтона в их желудках обнаружили человеческую плоть. Пока я был без сознания, мне тоже промывали желудок, но в нем не нашли ничего, кроме желчи.

На полицейской машине, которую я угнал, было полно кровавых отпечатков пальцев, но, судя по всему, ни один из них не принадлежал мне. Они даже провели анализ ДНК, но по какой-то причине, я предположил, что из-за собственной некомпетентности, не смогли установить мою причастность к угону полицейской машины. Я так и не узнал, что случилось с видеозаписью, на которой я машу в камеру из-за руля.

Наконец, были многочисленные свидетели, от бездомного из копировальной мастерской до Хэнка. Я узнал, что Череп провел целый день, попивая лимонад в компании тети Терезы, и, что бы она ему ни говорила, он ушел с убеждением, что я спас его и его дочь от безумия и каннибализма. Именно он нанял хирурга-травматолога где-то на востоке страны, чтобы тот восстановил мне руку.

Я узнал обо всем этом постфактум, когда мой адвокат показал мне видеозапись его показаний. Он даже дал пару интервью на больничной койке и несколько раз появлялся в новостях, называя меня героем.