— Пока я разбираюсь с заводом, ваша задача выбраться отсюда наверх и ждать меня. Там уже что-нибудь придумаем.

Изгоям явно этот план не нравился. Хотя, наверное, он их скорее пугал. Но перчить мне никто не стал. Кроме начинавших собираться вокруг дроу.

— Вы что задумали, белокожие?! — возник передо мной высокий статный мужчина, держащийся как типичный аристократ дроу.

Таких-то я уже насмотрелся.

— Побег, — спокойно ответил я.

По рядам остроухих прошло волнение, но вскоре я услышал голос:

— Мы с вами! Сними и наши ошейники!

Я посмотрел на них скептически и спросил:

— Из какого вы клана?

— Венатур, — ответил тот первый подавший голос. — Если поможете сбежать, матриарх Сунера щедро вас одарит!

Видимо, они здесь уже давно. И поначалу я не хотел рассказывать им последние новости из Нар’Лагаса. Но вскоре передумал. Только нужно было немного исказить правду, чтобы использовать остроухих в своих целях.

— Вряд-ли Сунера уже сможет хоть кого-нибудь одарить, — покачал я головой.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился дроу.

— Вы тут, видимо, уже давно и не в курсе произошедшего. Поэтому плохие вести придётся принести мне.

Дроу уставились на меня, напряжённо ожидая моих пояснений. И я не стал их томить, продолжив:

— Нар’Лагас пал. Двергары полностью его уничтожили.

Сказанное мной подняло шум и естественно мне сразу не поверили. Но я поспешил доказать, что действительно был в Нар’Лагасе и поимённо знаю всех матриархов и даже как зовут дочь Сунеры. Чего простой чужак, вряд ли мог знать. А затем я привёл свой главный довод:

— Вы же видели, что здесь происходит. Все эти огромные осадные танки и механические великаны. Для чего, по-вашему, двергары всё это производят? И кто является их главным врагом?

На лицах дроу я начал замечать понимание. Аристократ тихо прошептал, глядя в пол

— Неужели…

— Да. Вы сами помогали своим врагам создавать оружие против дроу.

Пришлось ещё немного подождать, прежде чем волна эмоций схлынет и остроухие успокоятся. Когда все стадии от отрицания до принятия прошли, а аристократ посовещался со своими дроу, он снова вернулся ко мне и обратился уже без этой, свойственной дроу надменности:

— Сними наши ошейники. Дай нам возможность отомстить.

— Не слышу главного слова, — ответил я ему скептическим взглядом.

И тот понял, что раз я так близко знаком с дроу, то явно не могу питать к ним тёплых чувств. Но стоит отдать им должное. Видимо, проведя столько времени в качестве рабов, спесь и высокомерие немного с них слетели. Поэтому вскоре я увидел немыслимое. Вся группа венатуров разом встала передо мной на одно колено и аристократ заговорил:

— Ещё раз прошу тебя. Сними наши ошейники и дай возможность отомстить презренным двергарам за наш народ!

Я кивнул, а про себя подумал: «Вот бы ваш народ весь через двергарские казематы провести. Может и простоял бы ваш город подольше».

Но вслух я промолчал. И тихо начал разламывать один ошейник за другим. Когда последнее средство сдерживания рабов упало на пол, я обратился к их главному:

— Теперь ждите. Я освобожу остальных рабов. Так, у вас будет больше шансов выбраться.

Аристократ молча кивнул, соглашаясь с моим планом. А я подошёл к выходу из барака, предварительно аккуратно достав из кармана свой меч и намотав цепь на руку.

Выносить дверь ударом я не стал. А просто хорошенько на неё навалился, чтобы получилось не так громко. Но всё же пронзительный скрежет привлёк внимание надсмотрщиков. Но я порубил их быстрее, чем они успели что-то сообразить. Меч на цепи пробил насквозь первого стоявшего двергара. Зачем расчленил его пополам и по широкой дуге поразил ещё троих. Оставалось двое, но и с ними долго возиться не пришлось.

Поэтому вскоре я подошёл к следующей железной двери барака и её то уже вынес ударом ноги, привлекая к себе внимание пленников.

Войдя внутрь, я подбоченился и поприветствовал всех собравшихся:

— Вечер в хату, арестанты!

Мой взгляд проскользил по заключённым здесь кинокефалам и остановился на единственном несобакоголовом. От вида которого, мои брови поползли вверх:

— О-па! А ты тут какими судьбами?

Вот говорят, что мир тесен. И с одним миром было бы понятно. Но как объяснить то, что я сейчас смотрел на гуманоида, с которым ну никак не должен был больше пересечься.