— С чего ты взял, что я общаюсь с кем-то из них?

— Ты часто на них смотришь. Много с ними разговариваешь. — Он потер затылок. — Наверное, больше, чем со мной.

Я рассмеялась, думая про себя, что он и понятия не имел, как часто я смотрела на него. В этой ситуации даже сравнения быть не могло. Будь тут график, сторона Гейджа взлетела бы до небес и затмила бы обоих. Монтана даже не вызывал у меня интереса. Он был просто другом — почти как давно потерянный брат. Хотя у Кэла и имелось хорошее тело, у Гейджа было на что посмотреть.

— Я не смотрю, — поправила я. — Я восхищаюсь.

— Ну… восхищаешься. Неважно. Они кажутся тебе интереснее меня?

— Нет, — выпалила я. Тут же мне стало неловко, особенно когда он усмехнулся. — Ты просто ведешь себя очень глупо. Мы с Монтаной просто друзья, как и с Кэлом.

— По шкале от одного до десяти, кто я для тебя, Элли?

— Десять — самый горячий? — улыбнулась я ему.

Он кивнул, ожидая ответа.

— Дам тебе двойку. Ты ничего, — поддразнила я.

Он рассмеялся от души.

— Но ты восхищаешься. Значит, я не так уж плох для этих глаз.

Я хихикнула, когда он обвил руками мою талию.

— А как же Пенелопа? — спросила я, пока он приближался.

Он резко остановился, глядя мне в глаза, и они вдруг стали жесткими.

— А что с ней?

— Ты будешь продолжать с ней общаться?

Он пожал плечами.

— Нет.

Я склонила голову набок.

— Откуда мне знать?

— Потому что Пенелопа не так забавна, как ты. Она слишком много говорит, слишком много ноет. Постоянно что-то просит.

— И ты думаешь, я бы не делала того же? — я с трудом сдержала смех, глядя на его раздраженное лицо.

— Я знаю, что ты бы не делала. Может, прошло всего несколько дней, но я уже вижу, какая ты.

— И какая же я? — подтолкнула я. Боже, почему я так настойчива?

Вместо ответа Гейдж поцеловал меня в щеку. Внутри все вспыхнуло, закипело. Жар усилился, когда он поцеловал левый уголок моего рта. Он провел языком по линии моих губ, и они разомкнулись, жаждая его вкуса, но он отстранился.

— Ты ведь другая — иногда тебя трудно понять, но другая.

С этим я могла согласиться. Кто хотел быть простым для понимания? Я обвила руками его шею, притянула ближе, и его хватка на талии усилилась. Я оказалась точно по центру между его телом, он возвышался надо мной, улыбаясь так восхитительно, что я не могла не любоваться им.

Как мужчина может быть настолько безупречным, прекрасным? Если у него и были недостатки, я их не видела. Все, что я видела, — идеального мужчину с идеальными волосами и идеальными поцелуями. Идеальным прикосновением, идеальным языком. Мысль о его языке заставила дрожь пробежать по спине, ноги напряглись, но я держалась за него. У него была не лучшая личность, но по крайней мере он перестал пытаться действовать мне на нервы. Все, чего он хотел, — моего внимания. Это я могла ему дать.

— Давай сделаем следующие несколько недель максимально веселыми, — сказал Гейдж, целуя изгиб моей шеи.

— Как? — прошептала я. Это почти смешалось со стоном. Его губы на моей шее всегда вызывали мурашки. Это было мое слабое место — идеальное, чтобы меня завести.

— Есть миллион способов… большинство из них можно сделать с твоим телом и моим… вместе. — Его голос пророкотал у моего уха, такой глубокий, хриплый, и у меня закружилась голова, когда он поцеловал мочку. — Я хочу, чтобы мои руки были повсюду на тебе. Твоя кожа на моей. — Его хватка на талии стала еще крепче, и я взвизгнула, когда он поднял меня, а я обвила ногами его талию. Он пробовал кожу на моей шее, лизал, сосал и снова лизал с глухими стонами. Я яростно кусала нижнюю губу, вся вспыхивая, когда одна из его рук сжала мою ягодицу. Он был так силен. Словно я была перышком в его руках.

Гейдж снова прикоснулся губами к моим, и я жадно поглотила их. Он завел меня так быстро. Я горела внутри, жаждая чего-то — чего угодно, чтобы удовлетвориться. Все, что у меня было в тот момент, — его губы и язык, а его язык творил чудеса, лаская и стимулируя мой.

Его возбуждение впивалось в меня, и он крякнул, опустив голову, чтобы снова покрыть мою шею лихорадочными поцелуями.

— Я могу сделать с тобой так много, милая Элли, — прошептал он, снова касаясь губами моего уха. — Ты просто еще не знаешь этого.

Он и не подозревал, как сильно я хотела, чтобы он осуществил свои слова. Я хотела, чтобы он делал со мной что угодно. Воспоминания о том, как его язык кружился вокруг моего центра, поднимая меня все выше и выше к кульминации, всплыли в голове, и я всхлипнула, прижав щеку к его. Внезапно я почувствовала себя побежденной, особенно когда он прошептал:

— Но не здесь, Элиза. — Я отдала бы что угодно, чтобы снова почувствовать такое наслаждение, но он был прав. Не здесь. Не на пляже.

— Ты в порядке? — он с усмешкой поставил меня на ноги, и я кивнула, сжав губы.