— Ну, тебе стоило присоединиться к ним. Уверена, ты и сам хотел.

Он тихо усмехнулся, его широкие плечи вздрогнули.

— Мог бы, но хотел проведать тебя.

— Ну, я в порядке, — вздохнула я. — Правда, тебе стоит идти. Я могу еще немного порисовать сегодня, а потом почитать, пока снова не усну.

Гейдж секунду смотрел на меня, прежде чем вздохнуть и отстраниться. Внутри я съежилась, когда он отошел назад, выходя из лунного света. Он поднял свою обувь, и мой взгляд опустился, потому что, хотя я это сказала, на самом деле не хотела, чтобы он уходил. Ненавидела, как сильно я о нем беспокоилась. Ненавидела, как начинала заботиться больше, чем нужно. Мы заходили дальше мимолетного романа, и я это знала, но не хотела с этим сталкиваться. Откуда-то возникали чувства, и я не могла это отрицать.

Я легла на бок, прислушиваясь, как он немного повозился. Наконец он тяжело вздохнул, и кровать прогнулась позади меня. Жар окутал мою спину, и он обвил рукой мою талию, притянув к себе, чтобы прижаться.

— Тогда я сделаю тебя своей стриптизершей на сегодня, — прошептал он мне на ухо.

Улыбка растянулась на моих губах, и тяжелый рой бабочек запорхал в животе, но я оставалась довольной. Нельзя было показывать слишком много эмоций. Мы не вовлекали эмоции… или чувства.

Гейдж поцеловал мою шею, и моя голова откинулась назад, позволяя ему это сделать. Я была отчасти рада, что он остался, потому что в глубине души знала, что после его ухода не буду рисовать или читать. Я бы сидела и мучилась мыслями о том, чем он, возможно, занимался, или с какой стриптизёршей, возможно, переспал.

Его теплые, мягкие губы поднялись к моему уху, и он провел языком вокруг него, заставляя сладкий жар между ног сжаться. Я схватила его руку, лежащую у меня на животе, улыбаясь во весь рот и зная, что до конца ночи он будет принадлежать только мне. Я охотно развернулась в его объятиях и уставилась в его глаза. Его взгляд был жестким, а тело напряглось, когда он посмотрел на меня, его улыбка сменилась на неловкую.

— Мне остановиться? — спросил он.

— Нет. — Я быстро покачала головой. — Мне нравится. Продолжай.

Он усмехнулся моему комплименту, а затем снова поцеловал мою шею. С каждым поцелуем я тонула все больше и больше. По крайней мере, мне не нужно было волноваться, что он будет сдерживаться из-за моей девственности. Я больше не хранила ее, так что случайный секс стал еще лучше.

С каждой позой я была почти на небесах. После нескольких стонов, кряхтений и тяжелого дыхания, перемежающегося стекающим потом и глубокими поцелуями, мы с Гейджем приняли раздельный душ, накинули одежду и решили сходить в ближайший ресторан перекусить.

Я выбрала чизбургер с картошкой фри, а Гейдж взял два сэндвича с жареным сыром и картошку фри с чили и сыром.

— Как много сыра. — Я хихикнула, когда он взял картошку и отправил ее в рот.

Он усмехнулся.

— Я обожаю сыр. Мама всегда готовила мне сэндвич с жареным сыром после школы… — он резко замолчал, оставив фразу незаконченной, и я с любопытством склонила голову. — Через какое-то время их стала делать сестра, а потом… мне пришлось начать делать их самому.

— О, — мягко сказала я. — Сколько тебе было, когда ты начал делать их сам?

— Двенадцать. — Он пожал плечами, опустив глаза.

Мое любопытство к Гейджу возросло еще больше. Он почти никогда не говорил о своей семье, и мне всегда было интересно почему. Даже когда мы были в Вирджинии, я никогда не видела Гейджа с кем-то кроме его группы. Ни семьи, ни других друзей вообще. Не особо задумываясь, я спросила его:

— Кто такие Хлоя и Кристина?

Он резко уставился на меня, его карие глаза потемнели. Затем он облизнул губы и потянулся к стакану с газировкой.

— Моя мама и сестра.

— О. Сестра старше или младше?

— Старше.

Я закрыла рот, смущенная тем, почему он отвечает односложно. Я, конечно, лезла не в свое дело, но мне очень хотелось его понять. Обдумав это, я решилась попробовать еще. Может, я смогу чем-то поделиться, когда он спросит меня о моей семье или прошлой жизни. Я сделаю это, чтобы узнать Гейджа получше, даже если говорить об этом будет больно.

— Что с ними случилось? — спросила я.

Он сглотнул с трудом, кадык напряженно работал, пытаясь протолкнуть невидимый ком. Подняв руку, он провел пальцами по волосам и полностью потерял зрительный контакт. Он смотрел куда угодно, только не в мои глаза.

— Нам пора, — сказал он, бросив салфетку в корзинку с картошкой.

— Нет… Гейдж. — Я потянулась к его руке, но он медленно отстранился. — Гейдж?

Снова тишина. Мне было ненавистно, что он не разговаривал со мной. Я чувствовала себя ужасно и виновато за свой вопрос, особенно когда его глаза заблестели. Они увлажнились еще сильнее, когда я снова назвала его имя, и он покачал головой, отодвигаясь от стола.

— Серьезно, Элиза, пошли.

— Гейдж, я… прости, — прошептала я, вставая со стула. Он не смотрел на меня. Вместо этого уставился в окно позади меня. Я шагнула вперед, подняв руку, чтобы заставить его взглянуть на меня. Сначала он упрямился, его шея напряглась, чтобы не видеть меня, но я попробовала снова, пока его глаза наконец не встретились с моими. Сделав это, я тут же пожалела. Его глаза были красными по краям и блестели. Вид его боли задел мое сердце. — Гейдж…