Шрифт:
Но вот зазвучала музыка.
«Скрипач у нее очень неплохой! — подумал Виктор при первых тактах. — Флейтист заурядный, но дело знает! Барабанщика я бы просто прибил!»
Когда хозяйка казино начала танцевать, Виктор забыл и о промокшем костюме, и о пустых карманах, и о том, что Ростик выпил больше него на целую рюмку.
Друг, хлюпая носом, смотрел на танец, мечтая о бокальчике горячительного. «Душу продам за стакан глинтвейна!» — подумал он.
«Черт меня побери! — подумал Виктор. — Как она держит ритм! Как попадает в такт! Это не женщина, это ведьма!»
С каждым па ее танца в мозгу скрипача укреплялась мысль: «Эта женщина будет моей!» Танец был совершенно удивительным: его было можно назвать самостоятельным жанром искусства. Он не был заученным, как у балерин: в нем чувствовалась страсть, восхитительная импровизация, стремление донести до зрителя что-то такое, чего не могут донести обычные танцы. «Так танцуют ведьмы на шабаше! — думал Виктор, забыв обо всем на свете. — Ей бы метлу и на Лысую гору!»
В это время лицо танцовщицы загорелось одержимостью, глаза сверкали, как угли костра инквизиции, что в былые времена наверняка сочла бы Карлотту достойной аутодафе только за этот танец.
Виктор смотрел, не отрываясь, и вдруг почувствовал, что влюблен, как мальчишка!
«Душу продам, — прошептал он, — за обладание этой женщиной! Мы, венгры, всегда добиваемся того, чего хотим! Сколько мужчин глотают слюни при виде ее танца, а достанется она все равно мне! Даром, что во мне течет венгерская кровь! Родители сделали из меня скрипача, хотя я был против, и теперь я играю в лучшем на свете театре. Мне понравилась лучшая в мире женщина, и я возьму ее!»
В этот момент его слегка толкнул локтем хорошо одетый господин, напоминающий продавца из антикварной лавки. Человек был худой и высокий, выше Виктора на целую ладонь. Он не сутулился, смотрел на всех свысока и казался от этого еще выше. Лицо его было желтое и сморщенное, как лимон, а глаза огромные и черные, зрачки казались красными, как у ночной птицы. Черные длинные волосы имели странный лиловатый оттенок. Длинный нос незнакомца, красный и блестящий, сгибался к вытянутому подбородку. Длинные подагрические пальцы жилистых рук были унизаны кольцами с камнями мрачных цветов.
— Проблемы, молодые люди? — он дал Ростику купюру. — Возьми нам всем выпить, а мы тут пока потолкуем!
Довольный Ростик не стал ждать официанта, а сам побежал к буфету.
— Желания могут сбываться, если захотеть! Виктор Верстовски! — Он незаметно протянул фишку.
— Откуда вы меня знаете?
— Я всех знаю! — И добавил: — Ставьте три, семь, одиннадцать! Этого хватит, чтобы купить Карлотте подарок и самому прилично одеться! А формальности уладим потом. Только не покупайте дешевку! Такие женщины дорогого стоят!
— Спаси... — прошептал Виктор, но незнакомец отшатнулся и сказал:
— Не стоит благодарности! Запомните, молодой человек, после тройного выигрыша подряд не садитесь играть даже в подкидного дурака. Фортуна — такая девушка, которая не любит, когда ей надоедают!
Виктор так и не понял, какой бес перенес его домой, куда делись казино, незнакомец и лучший друг. После выпитых премиальных стопок сильно болела голова, но карманы были полны денег. Так много денег сразу у скрипача не было ни разу в жизни.
Ему вдруг очень захотелось огуречного рассола. «Пить надо меньше! — подумал он. — И как меня не ограбили с таким выигрышем! И куда делся Ростик с моей выпивкой? Сам небось вылакал! С него станется! Это получается, я продал душу за три ставки в рулетку?»
Глава 4
— Не знаю, какая черная кошка нам дорогу перебежала, но у Ростика талант вовлекать меня во всякие неприятности! — Придя в себя, Виктор вспомнил, что не так давно Ростик за последнюю рюмку водки нарисовал на листе бумаги его портрет.
«Конечно, это на меня карикатура, но лучше ничего нет!» — Именно на этом рисунке он написал письмо Карлотте, купил в ближайшей ювелирной лавке колье и бархатный футляр к нему, вложил в подарок записку: «Любезная Карлотта, вы покорили мое сердце. К этому колье я хочу приложить обручальное кольцо!»
Состояние дикого похмелья он поправил в казино. Виктор успешно подкинул подарок и письмо, даже сам не понимая, как это ему удалось.
«Как сказала бы моя прабабушка, мне явно ворожит нечистая сила: и Карлотты в гримерке не было, и официантов, и прислуги — как будто я невидимка! Может, это черное животное к счастью?» Но все равно Виктор чувствовал страшную неловкость. Чувство такое, будто залез в чужой сад воровать яблоки, но самое прекрасное яблоко так и не попало в руки!
Возвращаясь домой, он хотел перекреститься на крест Владимирского собора, но упал и больно ушиб себе копчик.
«Так больно попа не болела со времен увольнения гувернера-скрипача из моего милого семейства! — Виктор потирал ушибленное место. — Но милая моя Карлотта, неужели ты оставишь без внимания мой подарок и меня, грешного!»
В голове вдруг все прояснилось. Забыв о мелких неприятностях, Виктор в мечтах уже обнимал хозяйку казино.