— Спасибо.

Ем обалденно вкусную кашу с орехами и с любопытством осматриваюсь по сторонам, лишь бы не таращиться на красавчиков эльфов. Молчание кажется неловким, поэтому спрашиваю у Ханиэля:

— Ты говорил, что вас должны сменить и потом ты отведёшь меня в город. Когда это произойдёт?

— Через пару часов. Думаю, ты уже достаточно окрепла, чтобы отправиться в путь.

— Ты вчера говорил, что помимо меня есть ещё одна женщина человек. Она попала в этот мир тем же способом, что и я?

— Да. Но мне кажется, она попала сюда из другого места, потому что её тело не было настолько загрязнено, как твоё.

— И что с ней стало?

— В смысле?

— Где она сейчас? Чем занимается?

— Она вышла замуж за сына нашего старейшины и родила трёх детей. Обычно у нас от одного мужчины рождаются один-два ребёнка, так что её мужу повезло.

— Её муж — эльф?

— Верно.

— А чем она занимается помимо детей?

— Ей нравится выращивать овощи.

— Понятно…

Не думаю, что мне подошла бы такая жизнь, поскольку желание поковыряться в земле или вырастить что-либо у меня пока не появлялось. А вот то, что эта женщина вышла замуж за эльфа — обнадёживает. О деторождении я раньше как-то не задумывалась, но прямо сейчас оно кажется не такой уж плохой идеей. Особенно если детишки будут похожи на папочку-эльфа. Хотя спешить с этим не стоит. Нужно сперва понять, как здесь жить; найти себе занятие, а уже потом задумываться о детях. Вспоминаю наш разговор о том, что у меня может быть магия, и интересуюсь:

— А у этой женщины появилась магия?

— Да, — кивает Ханиэль. — Она сильный маг земли.

— А какие ещё виды магов бывают?

— У нас никто не заставляет выбирать только одну специализацию, но обычно, если что-то получается и нравится, ты больше всего сил вкладываешь именно в это. Поэтому я стал лекарем — мне нравится лечить, и у меня хватило старания, чтобы разобраться в строении тела. А вот Тираэль больше сосредоточился на боевых навыках, поэтому его можно назвать воином.

— Но если ты говорил про мага земли, получается, существуют маги и других стихий?

— Обычно мы развиваем только то, что приносит пользу и может использоваться для овладения какой-то профессией. Например, строители учатся контролировать воздух и землю. Лекари — ещё и воду. И только боевые маги и гончары пытаются наладить отношения с огнём. Но вообще-то, не обязательно выбирать что-то раз и на всю жизнь. Если заинтересует другое направление, всегда можно сменить специальность.

Наш разговор прерывает эльф с белыми волосами, который внезапно появляется на поляне и тут же властно интересуется:

— Она поправилась? Можем идти?

То, что он не удосужился со мной поздороваться и разговаривает так, будто меня здесь нет, вызывает чувство неприязни.

— Она может идти, — кивает Ханиэль.

— Но передвигается медленно и шумно, — дополняет его Тираэль.

— Тогда оставим её здесь. Я не собираюсь терять из-за неё время.

— Думаю, вы с остальными можете возвращаться первыми. Эрноэль вас защитит. А мы с Ханиэлем справимся сами.

— Верно, — Ханиэль с энтузиазмом кивает.

— Вам хочется с ней возиться? — на лице беловолосого появляется брезгливая гримаса.

— Так и есть, — спокойно подтверждает Тираэль. — Можете уходить без нас.

— Как пожелаете.

Когда он, не потревожив ни единого листика или травинки, скрывается за деревьями, Тираэль произносит:

— Дариниэль, не принимай его поведение на свой счёт. Он, вообще-то, неплохой, хоть и бывает высокомерным засранцем. Но его жена должна родить со дня на день, поэтому он ведёт себя ещё невыносимее, чем обычно.

— Хорошо хоть соглашается с тем, что в одиночку идти слишком опасно, — кивает Ханиэль.

— Здесь опасно? — уточняю я.

— Не так, чтобы стоило переживать об этом всерьёз, — обнадёживает меня Тираэль. — Но здесь водятся крупные хищники, и лучше принимать меры предосторожности. Я уже собрался, — он кивает на заплечный мешок, — так что ждём только тебя, Ханиэль.

— Я сейчас! — лекарь срывается с места и исчезает за пологом палатки.

Доев кашу, интересуюсь:

— А где здесь можно вымыть посуду?