Теперь все стало иначе.

Конечная цель стала неясной, как водоем, вода в котором прозрачна, пока охотник не потревожит лежащий на дне ил. Замысел Льва заключался в разделении сил легионов, направлявшихся к Терре, открытыми и дерзкими нападениями на их родные миры. Он рассуждал, что если горстка кораблей и несколько сотен легионеров будут отвлечены от Терры, то это поможет его братьям. Редлосс счел это разумным.

Он бы залил фосфексом Галактику, даже сам Тронный мир, только не позволить, чтобы подобная беда выпала Калибану. Сам Лев не доверил его защиту никому иному, кроме как своему заместителю и приемному отцу. Неужели Гвардия Смерти и Дети Императора так далеко зашли, что более не испытывали никакой привязанности к породившим их мирам?

Мог ли Лев так сильно заблуждаться на счет своих падших братьев?

— Какой была сила барбарусского флота? — спросил Ольгин, когда послушное ликование стихло.

Флотские капитаны обменялись взглядами. Весепиан кивком дал им знак молчать.

— Шесть капитальных кораблей, лорд, — ответил он.

— Шесть? — переспросил Ольгин.

Флот Льва, даже после причиненного Гибельным штормом урона, был вдвое сильнее. Его флагман — линкор «Непобедимый разум», относящийся к типу «Глориана» — обладал огневой мощью, равной целому флоту.

— Да, лорд.

— И какого типа?

— Лорд?

— Мне не нужны точные данные. Просто представление о силе, которая нам противостояла.

— Легкие и средние крейсеры, лорд, ведомые линейным крейсером списанного типа «Кронус». Все в состоянии частичной неисправности. Я… по-моему мнению ни один из них не был полностью боеспособен.

После ответа Весепиана наступила тишина.

Ольгин позволил моменту затянуться.

Несущий Смерть был искусным оратором. Родись он на Терре, мог бы попасть в число итераторов. Вместо этого он был благословлен исключительной комбинацией из ораторского искусства, внушительности полубога и чувства чести рыцаря. Лев, как правило, не был искусен в оценке сильных и слабых сторон людей или их настроений, но он сделал правильный выбор, возложив на Ольгина защиту Триумвирата исчезнувшего к этому времени Империума Секундус.

— А потери с нашей стороны? — спросил Ольгин.

— Отсутствуют, лорд.

— Выходит… никакого серьезного сопротивления.

— Нет, лорд.

— А абордажные торпеды, попавшие в корму корабля? — вмешался Мирдун.

— В них находились смертные солдаты, лорд. Они не выбрались из коридора.

Библиарий нахмурился.

— С учетом того, что мы знаем об использовании предателями варповства, библиариус следил за варпом в ходе битвы и обнаружил необычно мощное псайкана-явление где-то в том секторе.

Редлосс взглянул на Ольгина. Выражение лица Несущего Смерть оставалось каменным.

— Я ничего не заметил, — осторожно сказал Редлосс.

— Как и я, — добавил Ольгин.

Библиарий пождал губы и кивнул.

Ольгин снова повернулся к Весепиану.

— Абордажники были простыми барбарусскими солдатами?

— Да, лорд.

— Не Легионес Астартес? Выходит, насколько мы можем сказать, из направляющихся к Терре сил изменников не было отозвано ни одного корабля или легионера.

— Нет, лорд.

— Пока нет, — выпалил Вастаил и, больше не в силах себя сдерживать, ударил кулаком по подлокотнику.

Ольгин вскинул руку и отвернулся, как будто предвосхищая довод. Вышло крайне театрально. Целью было дать понять, не умаляя смысла просто словами, что Редлосс и Вастаил использовали этот аргумент после Лют Тайра и Кемоса.

Жест говорил: «где тогда обещанные корабли предателей?»

— Мы пускаем им кровь, — сказал Редлосс. — Это наш вклад в войну за Терру, как и обещал Лев своим братьям над обломками Давина.

— Мы, в самом деле, пускаем им кровь, лорды.

Важет Лициния — главный голос астропатического хора — прошаркала вперед. Ее глаза, замененные лепестковыми разъемами, никак не отреагировали, когда она вошла в пятно теплого света между троном Льва и шестью креслами.

— С рассеиванием Гибельного шторма моя часовня слышит больше, чем наши разумы могут осмыслить, больше, чем мы передавали за многие годы. Флоты Гиллимана ведут войну в сотне систем, сжигая в своей ярости все, к чему прикасаются. Железные Воины и Сыны Гора бегут перед его мстительным гневом. — Несколько людей, и даже некоторые легионеры, услышав эти добрые вести, удовлетворенно загудели. — Тем временем, Сангвиний подобен кровавому копью, брошенному в сам Тронный мир.

Астропат прервала свой доклад, и один из ее адептов передал ей стакан воды.

— Однако были разрозненные доклады, которые рисуют, если рассматривать их в контексте друг друга, не такую радостную картину — Бета-Гармон захвачен магистром войны.

Стоявшие в темноте по краям помещения воины заворчали, качая головами. Вспыхнули споры. Ольгин наклонился к Алоцери и быстро что-то прошептал, в то время как Каролинг и заместитель Вастаила надвинулись друг на друга из-за попыток Несущего Огонь подслушать.