— Спасибо! — сказал я.

— Потом спасибо скажешь, — она толкнула дверь. — Пошли.

Мы зашли внутрь и сразу же услышали шум.

Громкие голоса. Крики и плач. Женский, надрывный, с всхлипами.

В небольшой комнате за стойкой ресепшн сидела женщина. Лет пятидесяти, полноватая, с тёмными волосами, в которых уже пробивалась седина. Лицо слегка опухшее, глаза красные, щёки мокрые от слёз. Одета просто: домашнее платье, тапки на босу ногу.

Рядом стояла другая женщина. Моложе, лет двадцать пять. Тёмные волосы собраны в аккуратный пучок. В очках, тонкая оправа. Лицо спокойное, но видно, что она пытается сохранять самообладание. В руке стакан с водой.

— Клара Захаровна! — Кира подбежала к женщине. — Что случилось?! Почему вы плачете?

Та подняла глаза. Посмотрела на Киру, на меня. Слёзы ещё сильнее текли по щекам.

— Кирачка… Это ты… — всхлипнула она. — Карла… Карла забрали…

— Как забрали? — Кира присела на корточки. — Кто забрал? Что случилось?

— Полиция… — женщина зарыдала с новой силой. — Пришли… прямо сюда… час назад… Сказали… подозревают… в краже… в чём-то там… Мальчика моего! Карлушу!

— В какой краже? Ты поняла, в чем обвиняют? — Моя новая знакомая продолжала свой допрос.

— Не знаю! — всхлипнула Клара Захаровна. — Я ничего не понимаю! Они пришли, забрали его и уехали! Сказали, ждите… С вами… Свяжутся…

Вторая женщина, та, что с водой, посмотрела на меня.

— А это кто? — спросила она.

Кира обернулась.

— Это… это Максим. Мой… знакомый. Он тут пожить хотел. В долг попроситься.

— В долг? — Клара Захаровна подняла голову, вытерла слёзы рукавом. — Сынок, я не могу сейчас… Мне деньги на адвоката нужны… Чтобы Карла вытащить… Не могу я бесплатно… Прости, милок….

— Адвоката? — переспросил я, сделав шаг вперед.

— Да! — она всхлипнула. — Ему же нужен защитник! Я слышала, что за такую статью… если признают… много лет дадут… А он не виноват… Он у меня хороший… мальчик…

— Клара Захаровна… — позвал я.

Она подняла на меня заплаканные глаза.

— Если я помогу вам… вы поможете мне? — спросил я у расстроенной женщины.

— Как поможете? — спросила она дрожащим голосом. — Вы же… вы кто?

— Адвокат, — сказал я. — Я могу быть адвокатом вашего сына. Разобраться, в чем его обвиняют. Сделать всё, чтобы его выпустили.

— А деньги? — она с надеждой посмотрела на меня. — Сколько вы возьмете?

— Нисколько, — я покачал головой. — Вы дадите мне жильё… А если ещё и накормите, то это и будет моя оплата.

Я задумался. Хм, а тут же наверное какая-то адвокатская лицензия нужна или что-то в этом роде. Не думаю, что мне поверят на слово, что я юрист с многолетним стажем.

????????????????????

НАПОМИНАНИЕ.

ВЫ ЗАКОНЧИЛИ АКАДЕМИЮ И ПРОШЛИ КУРС ПРЕДМЕТА «ИМПЕРСКОЕ ПРАВО».

ЭТОТ ДИПЛОМ ДАЁТ ПРАВО НА АДВОКАТСКУЮ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ В ЛЮБОМ РЕГИОНЕ ИМПЕРИИ.

????????????????????

— Ну так что, Клара Захаровна? — уверенно спросил я. — Я выпускник академии и у меня там был отдельный предмет: «Имперское право». И это даёт мне право работать адвокатом. Лицензия отдельно не нужна.

Клара Захаровна заплакала снова, но теперь, вроде, от облегчения.

— Сынок… если ты поможешь моему Карлуше… живи тут сколько хочешь! Бесплатно! И еда… я сама готовить буду на всех! Два раза в день! Завтрак и ужин! — прокричала женщина.

— Договорились, — я протянул руку. — По рукам?

Она пожала мою ладонь. Сильно так. С надеждой.

— Ну, тогда проводите меня пока в комнату, я слегка приведу себя в порядок и надо, как можно скорее уже отправляться! — сказал я дамам.

Комната была на последнем, пятом, этаже.

Маленькая, но чистая. Метров двенадцать, не больше. Одно окно, выходящее на соседний дом. На подоконнике горшок с фикусом. Пыльный, давно его листья не протирали.

Кровать была железная, с тонким матрасом. Бельё белое, но хорошо выглаженное. Чувствовалась рука хозяйки. Шкаф старый, деревянный, с отломанной ручкой. Тумбочка, а на ней настольная лампа и кружка с трещиной. Зеркало в раме. Вот собственно и всё описание комнаты.

Своего санузла не было. В конце коридора находился общий душ и туалет.

Я положил на кровать свой рваный плащ. Снял рубашку и вышел в коридор. Застирал в раковине грязное место. Холодная вода обожгла пальцы. Брюки почистил щёткой, которую нашел в шкафу. Ботинки протер влажной тряпкой, нашёл её в ванной.

После вернулся в комнату и посмотрел в зеркало на тумбочке. В нём отражался блондин с вертикальными зрачками. Уставший, но живой. С лёгкой улыбкой на лице.

????????????????????