— Потому что Нельм, если мы не сделаем то, что от нас требуют… подохнет! — процедил он, — А он мой друг, ясно вам? И я не хочу, чтобы он подох из-за того, что мы не выполнили приказ.

Ясно. Значит этот Кила знает как именно работает эта черная дрянь в его друге.

— Клык, — Нурл повернул голову к костнику. — Ты через это прошел. Может такая штука, как у тебя внутри была, убить? Он говорит правду?

— Может, — ровно ответил Клык. — Но только если ничего не делать. Мне как видишь…помогли.

— Кила, приказ от кого? — уточнил Рыхлый. — Ты сказал, что вы должны выполнить приказ. Чей?

— Приказ дал Целитель, но нужна эта тварь не ему. — ответил он.

Думаю, будь Морна в своей нормальной форме, за слово «тварь» гнилодарец отправился бы на тот свет.

— А кому? — спросил я.

— Чернобрюхому. Лучше живой, но мертвой тоже пойдет. — ответил тот.

Я стиснул зубы. Вот как! Значит Чернобрюхий так и не оставил попытки достать Морну. Сейчас так и вовсе идеальный вариант: она слабая и истощенная. Много ей не надо.

Морна рядом со мной застыла, словно каменная статуя, только ее дыхание стало еще более частым. Для нее Чернобрюхий был старой проблемой и…болезненным воспоминанием — частью той жизни в глубинах.

Внезапно со стороны лежащего Нельма послышался тихий стон. Тощий пришел в себя, причем последние слова друга он слышал. Он мутным взглядом обвел собравшихся и хрипло произнес:

— И что бы вы сделали на нашем месте? Да, мы должны были схватить эту тварь Измененную. И что? Чья жизнь ценнее, моя? Или ее? Для меня моя. Как будто любой из вас сделал бы по-другому.

— Что ж он сам не пошлет своих людей или своих мутантов? — спокойно спросил я, игнорируя его слова, — Почему Чернобрюхий действует через Целителя и вас?

— Потому что так удобнее, — Нельм закашлялся. — Зачем тратить своих, рисковать стаей, вылезая к поселкам, если можно приказать Целителю, а тот заставит таких, как я? Чужими руками жар загребать всегда проще.

Я же подумал, что возможно дело в другом: он уже потерял одного из своей стаи в попытке достать Морну и, скорее всего, не хотел рисковать еще и терять людей. А это уже как минимум значит, что именно в ресурсах своей стаи он ограничен и не может терять их направо и налево. Ну а то, что он сотрудничает с Целителем, было абсолютно логично и очевидно.

Повисло тяжелое молчание. Нельм не отпирался. Вообще. И это меня удивило: я-то думал, что сейчас начнется что-то вроде допроса, но нет. Нельм смотрел на нас с обреченностью приговоренного, и, похоже, говорил абсолютную правду.

— Хорошо, даже если вы не соврали, — нарушил тишину бас Нурла. — Это не оправдывает вас двоих. Во всяком случае тебя, Кила. Ты был свободен и мог просто уйти и не делать этого, в то время как Нельм…если его прижали, то, допустим, выбора у него не было.

— А ты что, Нурл, бросил бы своего друга, а?! — возмутился Кила, — Ради какой-то бабы-Измененной, которая даже не из наших?! Какое мне дело до Морны, если подохнет мой друг?! Тем более, какая разница — не мы, так найдут кого-то другого! Ее всё равно достанут!

Морна помрачнела еще сильнее. Самым паршивым было то, что слова этого предателя звучали логично. Для Килы жизнь друга стоила больше жизней всех остальных. А Морна действительно ему никто.

— Да нет, — Нурл презрительно скривился. — Таких дураков как вы попробуй еще найди.

Грэм, до этого момента стоявший молча, тяжело хмыкнул, а после медленно пошел ко мне. Я сразу понял, что дело…нехорошо. Давно он таким уставшим не выглядел. Я перестал поддерживать знахарку, а сам шагнул навстречу деду, подставляя плечо. Грэм навалился на меня всей своей массой.

— А местоположение тайника вы откуда узнали? — спросил я, помогая Грэму устоять на ногах и незаметно пуская в его тело тонкий, успокаивающий ручеек своей энергии. Он благодарно кивнул.

— Выследили, — безразлично ответил Нельм, — Это было не так уж и сложно.

— Значит, следить вы начали заранее? До нападения? — уточнил Рыхлый, прищурившись.

— Почти сразу как она переместилась в деревню, — подтвердил тощий.

— За ней кто-то еще следил? — уточнил Рыхлый — Или только вы двое? Вы кого-то еще заметили за всё это время?

— Только мы, — Нельм закрыл глаза. — Я бы заметил чужих. Моя мошкара всё видит.

Все молчали, растерянно переглядываясь. Гнилодарцы не знали, что делать с этой правдой. Всем стало очевидно, что к Грэму не только не может быть никаких претензий, но что он поступил еще и максимально мягко.

— Что ты скажешь, если я смогу помочь твоему другу? — я посмотрел прямо на Килу. — Раз уж ты так печешься о друге, то и отплатить за такое спасение должен быть готов.

Кила посмотрел на меня и задумался. Крепко задумался.