Арна мрачно кивнула, отводя взгляд. Ее шипы медленно втянулись обратно под кожу. Ржавый уже очнулся, но схлопотал еще один удар от Нурла и снова отключился.

Я же подхватил Грэма, его корзину, дал еще порцию живы и сказал:

— Мы уходим, — сказал я, глядя на Морну и Рыхлого. — Я вернусь, когда сварю новые эликсиры и сделаю мази. Когда будет чем…лечить вас тут.

Я обвел тяжелым взглядом двор, задержавшись на Нурле и Арне.

— Надеюсь, вы тут не поубиваете друг друга до моего возвращения.

А затем посмотрел в глаза Рыхлому.

— Держи нас в курсе всего.

Гнилодарец молча кивнул.

Рыхлый подошел к краю двора, посмотрел в сторону леса, где в ветвях пряталась невидимая паучиха, и громко сказал:

— Шурша! Пусть немного поспят. Только чтоб проснулись потом.

В ту же секунду с невидимых нитей, натянутых над двором, сорвались десятки крошечных, почти прозрачных паучков. Они дождем опустились на Килу и Нельма. Кила успел только дернуться и открыть рот для ругательства, как паучки впились в его открытую шею. Гнилодарец обмяк мгновенно. Нельм, который и так едва держался в сознании, просто закрыл глаза и его дыхание стало ровным и глубоким. Они отключились.

Ну а мы с Грэмом развернулись и медленно пошли к лесной тропе, ведущей обратно в Янтарный. Я чувствовал, как тяжело дается старику каждый шаг, и понимал, что впереди у меня целые дни варки, готовки и алхимии.

Обратный путь был вдвое длиннее обычного. Нам пришлось замедлиться, и это было неприятно. Лес, в котором я уже привык искать новые растения и обычно сразу выкапывать их, теперь стал местом, которое нужно покинуть как можно скорее. Причем покинуть так, чтобы ни одна тварь нас не заметила и не напала. Собирать любые, даже нужные растения времени не было.

Грэм тяжело опирался на мое плечо. Свободной рукой я нес его корзину (моя была за плечами), и постоянно давал ему понемногу живы, — всего лишь тоненький ручеек, — ровно столько, чтобы поддержать его тонус, но не истощить себя окончательно.

Вдобавок почти сразу я дал старику одну из бутылочек с эликсиром (нам я оставил несколько) и дал выпить. Двумя глотками Грэм всё проглотил и по его лицу пробежала волна облегчения. Да, эликсир — это не отвар, и уже даже для Грэма эффект будет ощутим. Сам я не хотел тратить на себя запасы, поэтому не стал использовать.

После использования эликсира шаг старика стал чуть ровнее и увереннее, но мы всё равно двигались медленно.

— Я могу и сам идти, Элиас, — проворчал Грэм, минут через десять нашего молчаливого пути. Видимо, к тому времени эликсир начал действовать как следует, — Спасибо, стало чуть полегче.

Я не стал с ним спорить или говорить, что лучше идти опираясь на меня и позволил ему шагать самостоятельно. Сам же это время использовал с пользой: мой собственный духовный корень был вычерпан почти до дна, да и Грэму я отдал почти всё, поэтому надо было через Поглощение быстро восстановиться. Что я и начал делать.

Сегодня я устал от бесконечных Анализов, в которых точно вышел за свои старые пределы, а в передаче живы отдал всё до конца. Вдобавок еще и внутреннее напряжение не покидало меня всё время, пока мы были в доме Морны. Теперь же стало чуть легче.

Пока использовал Поглощение, Седой начал прыгать с дерева на дерево.

Скиталец под землей перемещался чуть впереди нас.

— Дед, — нарушил я тишину, когда мы миновали очередные заросли, и я прикоснулся к ним, поглощая из них немного живы, — сколько навыков ты применил в той стычке? И какие именно? Мне нужно знать, насколько всё…кхм…плохо.

Грэм хмыкнул, не сбавляя шага.

— Рывок и Усиление… три раза. Этого хватило, чтобы уложить того здорового, с топором. Честно говоря, боец он так себе.

Я нахмурился, вспоминая картину, которую видел через тепловое зрение Виа.

— Подожди, ты использовал что-то еще, — твердо сказал я. — Я через лиану видел, как ты смог разом разогнать то облако насекомых, которое наслал тот второй, тощий. Я не знаю о таком навыке — что это было?

Грэм, приостановившись, посмотрел на меня.

— Заметил, значит? — он тяжело вздохнул, перешагивая через узловатый корень. — Да, есть такой навык.

— Ты не рассказывал.

— Ну…это по-сути просто импульс живы, который можно резко выпустить наружу — самая грубая, неотесанная версия выброса. Жрет просто прорву живы, но в моем состоянии только она могла мгновенно сбить этих тварей. Я не был уверен, что их жвала не прогрызут мою закалку, поэтому на всякий случай перестраховался.

Он помолчал и добавил:

— Да и лиану твою в тот момент еще не было видно. Я не знал, вступит она в бой или нет.