– Вот это пятнышко?.. Сторожевой катер?

– Нет, еще меньше. Орбитальный челнок.

– Что он делает в открытом космосе? – пробормотал Чолич.

– Мне тоже интересно. У него запас кислорода и горючего – только сюда. На обратный путь уже не хватит.

– Он подает сигналы бедствия?

– Нет. Молчит.

– Может, там все мертвы?

– Но он же маневрирует.

– Да, вижу, – сказал Ники. – Не хотят возвращаться?..

– Думаю, они – с Грамма. Это последняя обитаемая планета в системе Энтойи. Планета–рудник… Ну, что будем делать? Сейчас они вряд ли видят нас, челнок не имеет таких мощных локаторов.

– Подойдем ближе – посмотрим на их реакцию.

– Полное торможение – это потеря времени.

– Ну а мы лишь немного сбавим. И возьмем его гравизахватом, на ходу.

– По закону мы должны связаться с Граммом. Иначе нам припишут кражу челнока, принадлежащего Энтойе.

– Объясняться будем – потом. Если наши объяснения вообще кому–то потребуются.

Чолич закряхтел, ворочаясь в кресле штурмана:

– А вдруг это брандер?

– Как у пиратов?

– У кого угодно. Возьмем его на борт, а он – рванет…

– Кому нужна гибель корабля? – возразил Ники. – Минкус хочет, чтоб мы добрались до Земли.

– А если – пираты? – настаивал Чолич. – Взрыв небольшой мощности, а потом – атака.

– Других судов поблизости не видно, – сказал Прозоров.

– Ладно, подойдем и выясним.

– Начинаю торможение.

Пальцы капитана уверенно пробежались по клавишам. 

Ники подумал, что мнительность, нерешительность вряд ли были свойственны Чоличу раньше. Иначе он не стал бы координатором Системы, да еще – одним из самых отчаянных. Наверное, старое, чужое тело начинает влиять на молодое сознание. Второй пилот не сомневался в существовании такой зависимости. Мысль об этом возникла у него, когда Зоран отговаривал капитана и Лу от реализации их рискованного замысла, там, у погрузчика.

Изображение челнока росло с каждой минутой.

– Сергей, что происходит?

Второй пилот удивленно воззрился на экран. Челнок уже можно было рассмотреть вполне отчетливо. Но управляющий им человек начал странный, не соответствующий аварийной ситуации маневр.

– Они хотят уклониться? Не желают быть спасенными?

– Похоже на то. На сигналы не отвечают.

– У них кислорода – на час–полтора.

– Или на два–три, если команда небольшая.

– Верная смерть. Мы сумеем их взять?

– Нужно чуть скорректировать курс. Потеряем несколько минут.

– Как раз этих минут нам может не хватить, – хмуро сказал Чолич. – С миной.

Сергей вопросительно смотрел на Тина.

– Сдохнут же, – буркнул Ники.

И Прозоров ввел коррективы.

На экране было хорошо видно, что маленький челнок отчаянно пытается уйти подальше от курса «Подковы». Там, должно быть, знали о гравитационном захвате. Но ускользнуть все же не удалось. Невидимая петля захлестнула судно, потащила за «Подковой». Странный челнок сопротивлялся до последнего. До момента, когда вдруг погасло яркое пламя в его соплах, разом, будто ножом обрезали.

– При нормальной остановке двигателя такого не бывает, – заметил капитан. – У них кончилось горючее.

Челнок плавно втянуло в бункер.

Тяжелые створки тут же сомкнулись за ним.

– Он наш. – Зоран Чолич встал. – Пойду кликну Брэндона. Мало ли что.

Сергей вывел на экран камеру бункера. Она была освещена. Шлюзование закончилось, но люди в челноке не подавали никаких признаков жизни.

– Эй, кто там! – сказал в микрофон второй пилот. – Не хотелось бы вскрывать обшивку резаком. Может, сами выйдете? Вы кто?

После внушительной паузы он услышал:

– А вы сами кто?

Очень правильный вопрос, подумал Ники. Что на него ответить? Частная экспедиция, на боевом корабле?.. Вряд ли в челноке собрались одни идиоты.

Кто поверит в такое?

– Мы с Земли, – сообщил второй пилот. – Но к армии не имеем отношения. Летим домой. Нам показалось, у вас проблемы.

– Да?.. Почему вы так решили?

Тин заметил, что недоверчивый тон говорившего смягчился. И появились нотки бравады. Нормальная мужская реакция.

– Извини, друг. Если хочешь болтаться в космосе, без горючего, – только намекни. Ты имеешь право. Кислорода у тебя еще на два часа.

– На два с половиной.

В челноке дали команду открыть люк. И альтернативный экипаж с интересом ожидал, кто же выйдет.

Вышел бритый наголо детина в полосатой робе. Уверенный взгляд. Улыбка до ушей. Наверняка за сорок, но здоров как бык.

– Мать честная! – ахнул Чолич. – Беглый каторжник! Ну и рожа…

Поймав ироничный взгляд капитана, второй пилот растерянно потер шею.