Мы прошли в его «закуток». Кабинетом рабочее место, скалой возвышающееся над громадным помещением центра, при всем желании назвать было нельзя. Быть доступным всем и всегда — древний и, без сомнения, верный девиз работы координатора. Однако на практике это выливается в почти полное отсутствие уединения.

Арроне сел за рабочий стол, кивком предлагая мне сделать то же самое, и соединил кончики пальцев «шатром».

— Итак, что мы имеем? А имеем мы полную безответственность со стороны некоего куратора, — пауза. — Шалли, скажи мне честно, ты что, хочешь лишиться своего места? До сих пор основной причиной отставок были интриги, но ты, судя по всему, внесешь в этот процесс разнообразие и вылетишь с должности из-за безалаберности. Ты хоть понимаешь масштабы того, что на нас свалилось?

— Адмирал, я вас умоляю… Уж это я понимаю лучше, чем кто бы то ни было.

— Сам знаю, — отрезал он. — Тогда почему себя так ведешь? Любовные делишки в голову ударили?

— Какое тебе, к демонам, дело до моих «делишек»?! — вспыхнула я. — Это моя личная жизнь, в конце-то концов! Не припомню, чтобы ты когда-нибудь ходил монахом!

— МОЯ личная жизнь никогда не отражалась на работе. И ни у кого из мужчин она не отражается. И только агентессы, стоит им втрескаться по уши в какого-нибудь хлыща, начинают витать в облаках. До сих пор я думал, что ты к этому племени не относишься, но…

— Этан!!! Говнюк ты эдак…

— КУРАТОР! — рявкнул Арроне так, что половина агентов, находящихся внизу, задрали головы. — Вы забываетесь!

— Извините, координатор, — буркнула я и отвернулась к перилам. Тонкие матовые трубки не загораживали вид на центр, куда я и уставилась, лишь бы не глядеть на разозленного адмирала. Знала я его дольше, чем он вообще служил в оперативном отделе. Пили вместе, еще когда он полицейским был (я, правда, пила исключительно соки, но это уже частности). А теперь, пожалуйста, начальство. Еще и в душу лезет. Говнюк…

— Ох, дождешься ты у меня!.. — засопел Арроне.

— Угу, — промычала я, с показным интересом разглядывая мелких, как насекомые, агентов, снующих внизу среди нагромождения перегородок, своим сотообразным видом усиливающих впечатление гудящего улья. — Если вы, адмирал, позвали меня сюда исключительно ради обсуждения моей личной жизни, я, пожалуй, откланяюсь.

— Сидеть!.. — рявкнул координатор. — Упертая, безалаберная…

— Тупая, — подсказала я. Арроне вперился в меня гневным взглядом.

— Я вообще не понимаю твоей логики, Шалли! Зачем ты вообще пришла в Корпус, если тебе начхать на все и вся?! Такое ощущение, что тебя сюда приволокли за шкирку!

— Открою тебе ужасную тайну, Этан, — зашипела я ему в лицо, — Меня сюда действительно приволокли! За шкирку! — я резко встала. — До свиданья, координатор!

— Сидеть, я сказал!!!.. — прикрикнул Арроне, багровея. Он встал и навис надо мной всей своей массой. На других подчиненных, возможно, его габариты и немалая даже для сола ширина плеч и действовала подавляюще, но мне было все равно. Я задрала голову и хмуро поинтересовалась:

— Зачем?

— Затем!..

В «кабинете» повисла раздраженная тишина. Координатор медленно сел и начал перебирать световые перья, в беспорядке разбросанные на столе. Я тоже присела, на самый краешек кресла, с независимым видом рассматривая все тот же пейзаж за перилами. Наконец он заговорил, задумчиво жуя нижнюю губу:

— Сколько у тебя сейчас дел висит?

— Три, — индифферентно проронила я.

— Куратор, докладывайте по форме! — стукнул он кулаком по столу.

— Угу, — я оторвалась от созерцания пейзажа и повернулась к нему. Ладно, перебранки перебранками, а работа работой. Судя по всему, лорд Высокая Мораль наконец соблаговолил перейти к делу. — Дело Хайнса почти закончили, осталось свести накладные расходы и оставить наблюдателя на послеоперативное ведение дела. Так что мы уже пустили в разработку то дело о «левых» лабораториях. Очень, кстати, перспективная операция. Я вот думаю…

— А третье? — бесцеремонно перебил Арроне.

— Третье? — я вскинула брови. — Ничего интересного, из «ведомственных» довесков. Причем долгоиграющих. Чья-то там жена, или любовница или еще кто-то… В общем, наряд на элит-охрану. Кстати, хорошо, что напомнил — надо отправить в разработку, пока не забыла про него окончательно. У меня как раз парочка необкатанных первогодков прибыло — вот я их…

— Займешься сама, — буркнул координатор, разглядывая стопку считывателей на краю стола.

— Что? — я растерянно заморгала.

— Скидывай документацию по Хайнсу и плотно бери в разработку третье дело. Очень плотно. Лаборатории свои, или что у тебя там, можешь отдать младшим офицерам или вообще передать другому блоку. Короче, эта операция поступает под твой личный контроль и ответственность.

— Но почему?! — я была настолько ошарашена, что не могла даже злиться.

— Потому, — Арроне наконец перестал делать вид, что его интересуют канцелярские мелочи и поднял на меня глаза. — Эта «кто-то» имеет весьма и весьма неплохие связи в верхах. Гораздо большие, чем тебе показалось, полагаю.