Я обвела блок мутным взглядом. Пешш сгорбился за другим концом стола, красными от недосыпа глазами уставившись на экран портативки. Хотя сидевшая рядом с ним Харлин с моего молчаливого попустительства проявила великодушие и взвалила на себя оформление части документации, он все равно сидел над ней всю ночь. И просидит еще одну, без всякого сомнения — объем работы там действительно большой.

Я побарабанила пальцами по столу, бросила на дальний конец стола тяжелый взгляд, и в конце концов подозвала маявшихся от безделья новичков.

— В ближайшие сутки поступаете помощниками к сержанту Харлин. Идите.

Харлин подняла на меня вопросительный взгляд. Документы? Я едва заметно кивнула. Только не ставь ни на что сложнее систематизации. И проверить не забудь. Обижаете, куратор.

— Куратор! — Наррау подсунул мне под руку смету. — Финансовый отдел не утверждает. Сказали пересмотреть и сократить расходы на транспорт и проживание. Объясните вы им, что если «вести» объект плотно, меньше не выходит.

Я бросила быстрый взгляд на считыватель. Нормальные суммы, меньше все равно не выйдет. Опять зажимают командировочные, экономисты хреновы!

— А ты говорил, что дело этой бабенки находится под личным контролем Командора? И если за время разработки операции с ней что-нибудь случится только потому, что нашему агенту не хватило кредитов на такси, голову оторвут им? Не то чтобы я была против…

— Я говорил, — угрюмо сказал Наррау. — А мне сказали, что дело официально существует только в местном Управлении полиции, вот пусть там и беспокоятся по поводу того, чтобы нашу подопечную не убили до того, как мы закончим разработку операции, и дело официально не передадут Корпусу.

— Ах вот значит, как… Ничего, они у меня еще долгоножками попрыгают, бюрократы недорезанные! Собирайся пока, а я пойду, устрою им избиение младенцев, если нормального языка не понимают.

— Леди Шалли, вы того… ревизия все-таки.

— Ревизия к ним никакого отношения не имеет, — отчеканила я. — А своих людей я никому ущемлять не дам!

— Поэтому вас и не любят, — серьезно сказал Наррау.

— Толпа безмозгла. Вы меня любите, и на том спасибо.

Я встала направилась к выходу.

Пришлось подняться на «чердак» — уровни, находящиеся выше административных. Здесь находились отделы, не работающие непосредственно с агентами: финансовый, архив, технические службы и прочее в том же духе.

Чезе нагнал меня почти у дверей финансового отдела, и на всякий случай стал между мной и входом.

— Даже и не думай меня отговаривать, — я мрачно взглянула на него исподлобья. — Избивать никого не буду, но если будешь продолжать торчать в дверях, стукну тебя.

— Шеф, не буяньте. Мне не улыбается вытягивать вас потом из карцера. Тем более, если вы туда попадете из-за пустышки.

— Почему пустышки?

Чезе закатил глаза.

— Потому что координатор весьма ясно сказал агента для присмотра за Рис сейчас не посылать. Так что идите вы на обед, куратор.

— А не сказал ли он, почему?! — я начала тихо свирепеть.

— Нет, — неохотно сказал Чезе. — Но до того, как отдать это распоряжение, он просил вас зайти к нему после обеда. Полагаю, там вы сможете задать ему все интересующие вас вопросы, — он неожиданно улыбнулся. — По крайней мере, избивать эту гору мышц будет гуманнее, чем финансистов, засушенных сметами и выкладками.

Я непроизвольно хмыкнула, сдаваясь. Вот тебе и накрылся послеобеденный сон медным тазом.

— Это гора мышц скрутит меня в бараний рог и не заметит, — проворчала я. — Ладно, уговорил. Пошли в столовую, остряк.

— Верное решение, шеф. А если сможете поймать его в столовой, все это успеете обсудить на перерыве и после обеда сможете наконец поспать.

— Чезе, прекрати читать мои мысли. Тебе это по субординации не положено.

— Как вашему помощнику, мне положено очень многое. А как секретарю, мне положено все остальное. Кто ж вас еще прикроет, как не верный секретарь с нищенской зарплатой? — Чезе совершенно по-мальчишески ухмыльнулся и подмигнул. Я засмеялась:

— Ничего не могу поделать с этой чертовой зарплатой, дружочек. Разве что побить финансистов.

— А вот этого не надо, — Чезе взял меня под локоток и ненавязчиво повел к подъемникам, пока я не передумала. — К демонам эту зарплату, в самом деле!

Ну-ну. Именно это и буду цитировать в ответ на очередные вопли на финансовые темы.

И все-таки преданные люди — капитал гораздо более ценный, чем все кредиты этой галактики. То, за что заплачено, всегда могут перекупить, знаете ли. Не стоит Корпусу об этом забывать. Система, построенная Филином, менялась не раз, а не стоило бы. Основатель Корпуса не был добр, не был честен, и уж тем более не был справедлив. Он был сволочным фанатиком, чертовски хорошо знающим надежды и чаяния слабых смертных сердец. И только он смог сделать из Корпуса монолит, которого боялись все.