Теперь Катя могла рассмотреть его лицо. Это был пожилой уже человек, с полуседыми усами, как у моржа, с загорелым лицом, словно вырезанным из дерева, по которому расползлись морщины, похожие на лучинки.

– Макар Макарыч пришел!
– крикнула Маня и побежала к калитке.
– Как ваше здоровье, Макар Макарыч?

Моряк вошел, как-то неловко держа кулек своей большой ручищей, и остановился, смущенно переступая с ноги на ногу.

– С моим здоровьем ничего не сделается, - сказал он.
– Я старый краб, меня море просолило. Я такой соленый, что и после смерти сто лет пролежу, не испорчусь.

– Отчего вы так долго не приходили?

– Мы пять ночей дежурили у Песчаной Косы. Сторожили немецкую подводную лодку.

Катя, как и все в городе, хорошо знала длинный, узкий мыс, который называли Песчаной Косой. Он начинался километрах в пяти от города и далеко вдавался в море.

– И выследили лодку?
– спросила Маня.

– Пока нет, - сказал Макар Макарыч, - Сегодня опять пойдем туда сторожить.

– И про папу моего ничего нового не узнали?

– Ничего нового, Манечка, - сказал Макар Макарыч очень грустно.

Он, видимо, спохватился и поспешно прибавил бодрым голосом:

– Значит, нужно еще подождать. И капитан-лейтенант вернется.

– Вот и я все время говорю мишке: нужно еще подождать, и он непременно вернется!
– воскликнула Маня.
– Заходите, заходите, Макар Макарыч!

Она взбежала на веранду, и Макар Макарыч, неловко ступая, поднялся за ней.

– Садитесь, пожалуйста, - сказала она, пододвигая к нему соломенное кресло.
– Положите ваш кулек на стол.

Он сел и положил кулек на стол. Потом помолчал немного и сказал:

– Какая вы большая стали, Манечка! Я часто к вам теперь захожу, а все не могу привыкнуть, что вы так выросли.

– Ведь вы меня вот такой знали, Макар Макарыч, - сказала Маня, протянула руку и показала, какой он ее знал: немногим выше стола.

– И не такой, а вот этакой, - поправил ее Макар Макарыч и махнул рукой где-то совсем под столом.
– Я помню, как ваша мама в первый раз привела вас к нам на катер, к капитан-лейтенанту в гости. Мы тогда все любовались, какая вы хорошенькая. Вы несли на руках этого мишку, и он побольше вас был.

– Я помню этот день, - сказала Маня.
– Какая я была тогда счастливая! В тот день мне подарили мишку и повели на катер, и мама была тогда еще жива, и папа стоял на ветру в белой фуражке с золотом, и все его слушались, а мне он улыбался… Возьмите папиросу, Макар Макарыч. Это папины папиросы. Видите, сколько у него папирос.

Макар Макарыч взял папиросу, закурил и сказал:

– Вот и он так мне всегда говорил: «Возьмите папиросу, Макаров». Протянет портсигар и прибавит: «Это мне дочка набивала». Я столько лет прослужил с ним на катере, столько лет он был моим командиром! Если он вернется…

Но Маня вдруг рассердилась и перебила его:

– Почему вы говорите: «Если он вернется?» Нужно говорить: «Когда он вернется»! Он вернется непременно! Разве вы больше не верите, что он непременно вернется?

Макар Макарыч испугался.

– Верю, верю!
– воскликнул он поспешно.
– Вы не сердитесь, Манечка, если я не так сказал: это я сбился, я нечаянно…

– Хорошо, хорошо, Макар Макарыч, я не сержусь…

Но, видно, она была очень взволнована, потому что замолчала, сжав губы, и снова принялась усердно набивать папиросы.

Макар Макарыч тоже замолчал, встревоженно и грустно поглядывая на нее. Помолчав, он поднялся и посмотрел на часы.

– Мне пора, - сказал он.
– До свиданья, Манечка.

– Посидите еще, Макар Макарыч.

– Не могу, - сказал он.
– Мне приказано быть на катере в девятнадцать-ноль-ноль.

И пошел к крыльцу.

– Постойте!
– крикнула Маня.
– Вы опять оставили у меня кулек.

Действительно, кулек, который он принес с собой, лежал на столе. Макар Макарыч остановился.

– Какой кулек?
– спросил он и посмотрел на кулек так, как будто видел его в первый раз - Ах, этот… Это не мой. Это ваш… Команда катера велела передать вам… Там пустяки: крупа, сахар…

– Но я сыта, Макар Макарыч! У меня еще все от прошлого раза осталось.

– Ничего, ничего… Ваш папа немного задержался, и мы решили… До свиданья!

Он быстро сбежал в сад и, не оборачиваясь, зашагал к калитке.

– Куда вы? Постойте!
– крикнула Маня и вдруг побежала за ним.