— Но…

— Вы не присоединитесь к нам, мисс Гордон? Да, кстати: поздравляю вас с Новым годом.

— И я вас поздравляю, — довольно хмуро ответила она, но все-таки села за стол.

Победа подбодрила Чарли. А радость Беллилии укрепила его в принятом решении. Когда завтрак окончился, он сказал:

— Мисс Гордон, я хочу поблагодарить вас за то, что вы так хорошо ухаживали за мной во время моей болезни.

— Я делала только то, за что мне было заплачено.

— А теперь я хочу, чтобы вы хорошо отдохнули. Из-за меня вы не смогли участвовать во встрече Нового года, но я не хочу, чтобы вы работали и сегодняшний праздничный день.

— Но я ничего особенного не…

Он отмахнулся от ее возражений:

— Я знаю, вы хотели бы встретиться со своими друзьями. Ну а так как я не нуждаюсь больше в сиделке, позвольте мне выразить вам свою благодарность оплатой на следующие пару дней, которые будут считаться вашим отпуском на праздник.

Беллилия не засмеялась, но ямочки весело танцевали на ее округлых щеках.

— Мы вызвали Макгиннеса, чтобы он отвез вас в город.

Мисс Гордон сидела не двигаясь.

— Разве мои услуги вас не удовлетворяют, мистер Хорст?

— Вполне удовлетворяют, мисс Гордон. Но я уже совсем выздоровел и больше не нуждаюсь в сиделке.

— Об этом мы должны спросить мистера Мейерса. Он единственный человек, от кого мне позволено принимать указания.

— Я не собираюсь его спрашивать, я просто скажу ему о своем решении.

Чашка кофе скрывала нижнюю половину лица Беллилии, но то, что было ему видно, особенно ее черные глаза, вдохновляли Чарли на продолжение бунта. Почувствовав прилив решительности, он поспешил к телефону.

К его великому удивлению, доктор Мейерс сразу же согласился, что сиделка ему больше не нужна. И пока мисс Гордон собирала свои вещи, Чарли и Беллилия обнимались и целовались. Через сорок минут Макгиннес уже отвозил ее на своем драндулете, и Хорсты наконец-то остались одни. У Мэри тоже был выходной день. Ее парень Хен Блэкмен прикатил из Реддинга в папином автомобиле, и Мэри, надев вязаные перчатки Беллилии и одну из ее шляпок, с восторгом отправилась отдыхать и веселиться.

— Надеюсь, она успеет вовремя вернуться, — сказал Чарли, глядя вслед машине, сворачивающей с их приусадебной дорожки на шоссе.

— Что значит вовремя? Что ты имеешь в виду?

— Похоже, будет славный снегопад.

Беллилия с отсутствующим взглядом кивнула и направилась к этажерке, чтобы, как обычно, восстановить порядок после того хаоса, который создавала Мэри, стирая пыль с полок. Всякий раз, когда горничная поворачивалась к ней спиной, Беллилия тут же производила свои священнодействия, устанавливая все предметы на свои места. Чарли наблюдал за этим с уже привычной снисходительностью. Он мог предсказать каждое ее движение. Беллилия так любила всякие безделушки, что страшно переживала, если коробочки с нюхательным табаком, шкатулки, фигурки зверей, вырезанные из слоновой кости, и разные статуэтки стояли не на своем месте и не так, как надо.

Бен Чейни и доктор Мейерс явились почти одновременно. Было много рукопожатий и пожеланий счастливого Нового года.

— Я приехал за своей пассажиркой, — сказал Бен.

— Сегодня я не могу присоединиться к тебе, Бен. Мисс Гордон уехала, и я не хочу оставлять Чарли одного.

— Как? Мисс Гордон уехала? — удивился Бен.

Доктор бросил быстрый косой взгляд на Бена и повернулся к Беллилии:

— Вам лучше подышать свежим воздухом сегодня, миссис Хорст. Похоже, нас ожидает непогода, и это может оказаться вашей последней прогулкой на неделю вперед.

Приводилось еще много других аргументов с разных сторон, прежде чем Беллилию смогли уговорить оставить мужа — доктор чуть ли не приказал ей поехать с Беном на прогулку. Как только они оба ушли, Чарли, скрестив руки на груди, посмотрел свысока на доктора и сказал:

— Я хочу знать, какой был смысл в том, что вы сказали мне тогда.

— Забудь об этом, Чарли.

— Как это понять? «Забудь об этом, Чарли?» Что вы пытались сделать? Одурачить меня?

— Да ничего такого не было. Я получил ответ из лаборатории. Конечно, я предпочел бы сдать на анализ первичный экскремент, но все было смыто до того, как я приехал сюда, хотя я уверен, если бы там были токсичные вещества, это проявилось бы даже в тех частицах, что я послал в лабораторию.

— Но я все еще вас не понимаю. Что вы хотели найти? Яд?

Слово повисло в воздухе. Однако как только Чарли его произнес, он почувствовал себя гораздо лучше.

— Хочешь сигару? — Доктор протянул Чарли маленький цилиндр, завернутый в фольгу. — Рождественский подарок одного из пациентов. С такой семьей, как у меня, не часто предоставляется возможность курить «Корону Корон». — Доктор замолчал и продолжил свою речь после того, как, разорвав фольгу, сунул в рот сигару, зажег ее и с наслаждением выпустил первые кольца сигарного дыма. — Должен признать, Чарли, что симптомы твоей болезни озадачили меня. Я никак не мог найти причину такого неожиданного приступа. Когда в тот день я вернулся домой и обсудил это со своим старшим сыном — кстати, никто так смело, так нахально не ставит диагноз, как студент-медик, — я решил все-таки не рисковать.