— Да ты на ходу спишь, — пьяно хихикнула Майя. — Иди, иди. Завтра дорасскажу.

— Ага, завтра, — тупо согласилась я.

— Короче, наша Аянами — инвалид. Она умрет, если попытается распустить свои крылья. Хотя… — Ибуки уперла палец в край стакана и покачала его, удерживая в опасном равновесии. — Да ну, бред.

— Что — бред? — раздраженно спросила я, изображая сонливость.

— Бред — это бред, — зевнула Майя. — Приятных снов, Аска.

— И тебе не сдохнуть.

Ибуки расхохоталась, а я ушла в затемненный коридор — к своим сомнениям — и была при этом уверена только в одном: «Рей права. Синдзи точно расстроится. Рано или поздно».

— Надо поговорить, — сказал Нагиса, наклонившись чуть ли не к самому моему уху.

— Да, конечно, — буркнула я в ответ и снова повернулась к дилеру:

— Мои извинения, срочный вызов с корабля.

Посредник вежливо улыбается, скотина, не говорит лишнего. Я бы и сама не прочь потолковать с Каору, раз уж он под боком. За дверями заказного кабинета было людно. Элитный деловой район на орбитальной станции всегда такой: за дверями могут ворочать сделками на миллионы, а под дверью порошками и контрафактным ликером торгуют. «Чейдиналь» исключением, конечно же, не являлся. Да и с чего бы ему, крупнейшей станции в человеческо-сцинтианском пограничье, быть исключением?

Я оттащила Нагису в нишу и коротко сообщила:

— Мудак, по-моему.

— Аналогично, — пожал плечами Нагиса.

— Заметил, как он говорил о сроках выпуска запчастей?

— Да. Он не врет, просто не знает точно.

Я задумалась. Оно, конечно, подтверждений моим навыкам инквизитора мне даром не надо, но, с другой стороны, Каору быстрее въезжает в тонкости товарно-денежного обмена, который в космопортах обычно относится к категории «кидалово». Я сама могу прикрутить на место любую деталь, разбираюсь в стоимости, рынке и производителях, но чтобы выторговывать это… Эхм, я оказывается, на прежней работе привыкла к хорошему. Там для получения запчастей нужно было заполнить тонну бумаги, а не отслеживать взаимосвязи между хитрым блеском в правом глазу и смазанной голографической печатью.

На покупке СП-катушек я уже чуть не срезалась, хотя и не успела перечислить деньги. Там сцинтианская морда отделалась тремя тысячами компенсации, но погореть я могла на куда большую сумму.

И вот теперь я таскала за собой по рынкам штурмана с фрилансерским прошлым, пока замаскированный под астероидный тральщик «Сегоки» висел на привязи у «Чейдиналя».

— Что будешь делать?

Я пожевала губу и покосилась на красноглазого. Тот по-хамски оглядел какого-то не в меру любопытного торговца, сунувшего нос в нишу. Торговец обнаружил в темноте два красных глаза и кривую ухмылку, так что исчез быстро. Я хмыкнула:

— Идем дальше.

— Не прощаясь, — уточнил Каору одобрительно.

— Задаток не оставляли — можно и не прощаться.

— Есть, капитан, — козырнул Каору и нарочито вразвалочку выбрел на улицу.

Вот этот Нагиса мне нравился. По большей части он открыто улыбался продавцам и говорил им гадости, если продавцы того заслужили. Он хариугом впивался в горло дельцам, выпытывая все до наименьшей детали, вплоть до номера партии и лицензий. Похоже, в своей среде он забывал о своей маленькой червоточинной детали биографии и вел себя как простой нахрапистый штурман, усланный на закупки.

Да что там — он? Даже я забывала об этой маленькой детали.

«Берегись, Аска. Помни о своих снах». Я тряхнула головой: тонкий голосок удивительно благоразумного безумия взял моду одергивать меня. По делу, без дела — главное не дать мозгам ощутить себя мозгами женщины.

— Эй, Аска, ты вообще как, высыпаешься?

Я покосилась на идущего рядом Нагису.

— Сплю на ходу? — честно спросила я.

— Да нет вроде. Вид просто какой-то… Ну, странный, что ли.

Душевидец чертов, похолодела я и поинтересовалась вслух:

— Нагиса, ты, случаем, не бессмертный?

— Эм?

— В смысле, еще раз используешь на мне свои способности — пришибу.

Каору широко ухмыльнулся и медленно произнес, глядя перед собой:

— Да какие способности? Это и так видно.

— Не гони, — предупредила я. — Не люблю, когда мне заливают всякие… Странные и подозрительные люди.

Дальше мы шли по пешеходному мостику в полном молчании. В грузовом туннеле под нами все забили тяжелые транспортные платформы, кому-то там отоварили гравиподвеску, и на нерасторопного идиота грязно ругались. На мостике все бежали по своим вопросам, и события внизу бегунам были параллельны: важный торговый центр, люди сплошь занятые. Что ж, это очень и очень в духе.