– Я не...
– начал он, но Брамс не дал ему договорить.

– Знаешь, о чем я мечтаю, доктор? Нет? Ты будешь смеяться, но мечтаю я о спокойной жизни...

Сказав это, Брамс некоторое время изучал собеседника, слегка прищурившись. Балинский молча ждал продолжения. Но Бонифаций Брамс больше не сказал ничего, потому что явился Кор в заснеженной куртке, а с ним несколько колонистов, тащащих огромный сундук..

– Что за ящик?
– спросил Брамс.
– Где вы это откопали, ребятки?

– Не очень далеко отсюда, - гордо сообщил Кор, грея руки у обогревателя.
– Там остатки космического челнока, старые остатки. Кажется, пташки пытались спрятать их от нас, но мы всё равно обнаружили их!

– Челнок, - Брамс провел рукой по крышке.
– Это всё, что там было?

– Началась страшная буря, Бонни...

– И вы решили валить?
– насмешливо спросил Брамс.
– Герои хреновы.

– Странно, - нерешительно сказал Кор, переминаясь с ноги на ногу.

– Что странно?

– Странный челнок какой-то.

Балинский впился взглядом в пирата.

– Говори, - приказал Брамс.
– Что в нём странного?

– Не земной и не ротарианский.

Наступила тишина. Слышно было,как ветки постукивают по окну. Брамс потер переносицу.

– Не земной?
– прошептал он.
– А ведь ходили слухи, что Масинга-то не человек. Что скажешь, доктор?

– Не знаю, - покачал головой Балинский.
– Я тоже слышал об этом...

– То, что Масинга - чужак.

– Да... Масинга сам по себе - легенда. Ведь рассказывали же, что никто никогда не видел его лица.

– И если там только челнок, - тихо сказал Брамс, - где же корабль Масинги? На орбите его нет... Ладно, открывайте!

Один из колонистов принялся возиться с сундуком. Все напряженно наблюдали за его действиями. Брамс что-то шептал себе под нос. Балинский попытался разобрать слова, но тщетно.

Сундук наконец раскрылся.

– Что это такое?
– очень тихо спросил Брамс, доставая из сундука длинную железную палку и рассматривая остальные ржавые железяки, которыми был до краев набит сундук - А где сокровища?

Сокровищ не было. Балинский наклонился, извлёк из груды металлолома аккуратно сложенный бумажный листок и развернул его.

– "Фиг вам!" - громко прочитал он вслух.

– Что "Фиг вам"?!
– вскинулся Кор .
– Кому фиг? О чем ты, доктор?

– Здесь написано "Фиг вам", - пояснил Балинский, пряча улыбку.
– Вот, посмотри сам.

Кор схватил листок, прочел написанное и побагровел. Балинский покосился на почему-то отвернувшегося Брамса. Плечи белоцветочного предводителя тряслись от смеха.

Наступила долгая ааонская ночь. Уставший от раздумий о дальнейшем наступлении вглубь планеты, Бонифаций Брамс давно уснул, прижимая к груди листок с надписью "Фиг вам". Спал доктор Балинский, иногда улыбаясь во сне. Громко храпел гигант Кор.Большая часть колонистов Белого Цветка тоже отошла к заслуженному отдыху, расположившись в освободившихся башнях Северного Города. Не слишком многочисленные часовые терпеливо дождались того часа, когда электрическое освещение на улицах города стало медленно затухать, пока не превратилось в тусклое подобие ярких вечерних огней. Не успели фонари и лампы как следует перейти в ночной режим освещения, как рассеянно поглядывавшие на незнакомые созвездия часовые стали дружно зевать возле своих костров, разведённых прямо на улицах. Вскоре они начали дремать и лишь самые бдительные из них время от времени поднимали головы, озирались по сторонам и подкидывали в костры дрова и сухой уголь, найденные ими на заброшенном складе бежавших ааонов.

Примерно за час-полтора да рассвета, на окраине Северного Города, рядом со стоянкой бронированных машин, из-за ствола гигантского дерева выглянуло две головы. Вслед за головами появилось два гуманоидных тела в маскировочных белых шубах без каких-либо признаков крыльев. Бескрылые крадучись сделали несколько шагов по снегу, ежесекундно замирая и прислушиваясь. За их спинами, между деревьями раздался слабый свист и хлопанье крыльев. Оба гуманоида без крыльев бросились на землю и выхватили оружие, очень похожее на земные бластеры.

– Ты можешь им свистнуть, чтобы не шумели?
– спросил Таатир, поднимая голову и всматриваясь в зарево ближайшего костра, вокруг которого клевало носом несколько часовых.

– Могу, конечно,- прошептал Айет Ларса и тихо свистнул что-то очень нелестное по-ааонски. Возня в лесу утихла.

– Эх, нам бы рации!
– прошептал Таатир.
– Да нельзя, подлецы наверняка все частоты прослушивают...

В это время, к ужасу космонавтов, в лесу снова зашумели неугомонные ааоны. Айет и Таатир замерли.