– Ну…

– Отставить. Попрошу без – «ну».

– Старательно наблюдать за окрестностями. Выявлять подозрительные объекты. И…это, без устали бдить.

– Вот, и бди, красотка буровая.

– За «красотку», конечно, спасибо…. Всё-всё, не сердись. Послушно замолкаю и приступаю к неусыпному бдению.

– А ты, Рыжий, оказывается, зануда, – сделала неожиданный вывод Валентина. – А ещё притворялся, что являешься штатским до мозга костей. Мол: – «Терпеть ненавижу строгую армейскую дисциплину, подавляющую личную свободу….». Сам-то как себя ведёшь?

– Ну, и как?

– Как матёрый пехотный прапорщик с двадцатилетним безупречным стажем, вот как. Раскомандовался тут. Чуть что – сразу: – «Отставить». Природный вояка выискался на наши головы. Армейская «косточка» так и прёт наружу…. Ой, смотрите! Ой! Что это такое? Гадость какая…

По границе между берёзовым перелеском и болотистой лощиной змеилась, слегка подрагивая, серо-бурая, активно шевелящаяся узкая полоска.

– Зачем же так шуметь, Валюша? – пожурил Виталий Палыч. – В нашей непростой ситуации тише надо разговаривать.

– Извините, немного испугалась.

– Кого? Лесных крохотных мышек, куда-то спешащих по важным мышиным делам? Стыдно, ей-ей. Взрослая барышня, а туда же.

– Чёткий и своевременный знак, – старательно поправляя на плече ремешок «Медузы» и приводя тумблеры, расположенные под экраном дисплея, в нужные положения, известил Пашка.

– Что ты имеешь в виду, Рыжий?

– То и имею. Общеизвестно, что мыши, крысы и все прочие грызуны терпеть не могут аномальных зон и всегда обходят их стороной. В том числе, надо думать, и сейчас. Значит, данная болотистая лощина находится уже на территории искомого Мутного Леса. До желанной цели осталось – всего ничего…. Тьфу-тьфу-тьфу, конечно. Птичка, будь другом, постучи, пожалуйста, костяшками пальцев по ружейному прикладу. Так, чисто на всякий случай.

– Ага, постучала. Павлик, а как же наушники? Забыл про них?

– Ничего и не забыл. Просто решил обойтись дисплеем. А ушами буду старательно вслушиваться в окружающую нас действительность. Так мне будет гораздо спокойней и комфортней…. Всё, аномальщики, двинули. Идти след в след друг за другом. Благо во мху следы от сапожных подошв отпечатываются чётко и однозначно. За мной шагает Птичка. За ней Жека и Валентина. Палыч – замыкающим. Мыши? Не обращаем на них ни малейшего внимания. Перешагиваем, и все дела…

Он, совершая миноискателем однообразные маятниковые движения, размеренно двигался вперёд и рассеяно бормотал под нос слова одной немудрёной песенки, популярной в студенческой питерской среде:

– Шёл солдат из Аризоны, сапоги почти что стёр. До родной своей до мамы, до родных своих сестёр. Эге-ге-гей, Сюзанна, наша жизнь полна химер. Целый день висит бананом наш видавший виды…

– Прекращай, Рыжий, – возмутилась Натка, шагавшая следом. – Совсем офигел в сапёрной атаке? Петь такое при дамах.

– Извини, Птичка. Я же не нарочно. Оно само по себе вырвалось. Машинально…. Кстати, раньше – на весёлых посиделках в общаге – тебя эта шутливая песенка совсем не раздражала. Ну, ни капли. Даже, как помнится, подпевала. Причём, с удовольствием.

– Это, Павлик, раньше было. Когда за мной никто не ухаживал и не целовал. А теперь всё изменилось. Кардинально, всерьёз и по полной программе…. Понимаешь, охламон? Сейчас мне не к лицу – выслушивать всякие грубые словечки и прочие пошлые двусмысленности…. Только ты, пожалуйста, не оборачивайся и не отвлекайся. Сапёру, как известно, ошибаться нельзя. Потому как чревато.

– Я всё-всё понимаю, – продолжая несуетливо и уверенно орудовать миноискателем, заверил Назаров. – И про то, что отвлекаться нельзя. Мол, шагаем по потенциальным минным полям. И про то, что о грубых словечках надо бы позабыть. Мол, романтические любовные отношения находятся в начальной, то бишь, в самой важной и трепетной стадии…. Стой, – предостерегающе вскинул вверх правую руку. – Ни шагу. Передай сигнал тревоги остальным.

– Сдублировала…. Ну, что там у тебя?

– На экране монитора выскочил характерный силуэт…

– Силуэт м-мины? – испуганно уточнила Наталья. – А какой к-конкретно? Противопехотной? Противотанковой?

– Не переживай, родная. Штриховка на силуэте – ярко-оранжевая. Значит, мы имеем дело с сигнальным устройством…. Ага, от силуэта – на мониторной картинке – тянется светло-оранжевая нить. Стоп-стоп…. Вижу тонкую тёмно-серую проволочку. Не на экране вижу, а, так сказать, в натуре. Тянется от одной выпуклой кочки до другой, в семи-восьми сантиметрах над пышными мхами. Понятное дело. Делаем два шага назад. Делаем-делаем. Все бойцы делают. Проследи…