– С образования, пожалуй, начну, – высокомерно усмехнулась Валька. – Буду вместе с братом обучаться в Горном. Причём, в одной группе, по специальности – «гидрогеология». А счастливое замужество, оно никуда не убежит. Обязательно догоню – в своё время. Или же, как альтернатива, оно меня настигнет…. И дедуля покойный настаивал – в долгих вечерних разговорах – на таком приземлённом раскладе.

– Да, жаль Василия Михайловича, – запечалился седоусый. – Жаль. Хороший был мужик – правильный, спокойный и несуетливый.

– Значит, вы были с ним знакомы?

– Конечно. Он частенько приезжал сюда. Двенадцать раз за год – на протяжении последних шестнадцати лет. Чаще было нельзя, распорядок в нашей конторе такой – строгий и выверенный.

– Приезжал, чтобы навестить нашу маму? То есть, Надежду Васильевну Петрову?

– Так точно.

– Значит, она, действительно, содержится в вашем заведении? Извините, глупый вопрос…. Мы можем сейчас увидеться с ней? Поговорить?

– Прямо сейчас, к сожалению, нет.

– Почему – нет? – буквально-таки взвыл Женька. – Почему? Почему? Почему?

– Не шуми, голосистый молодой человек, – недовольно поморщился «Айболит», – Раскричался тут, понимаешь…. Потому, что вы оба пока несовершеннолетние. Вот, когда исполнится по восемнадцать лет, тогда и приходите. Только и тогда встретитесь с матушкой не сразу – надо будет предоставить целую кучу разнообразных справок и, пройдя строгое собеседование, получить специальный допуск.

– Почему – такие сложности? – возмутилась Валентина. – Почему? Почему? Почему?

– Отставить, почемучки доморощенные. Объясняю для особо непонятливых и нетерпеливых. Наше заведение раньше, ещё до Перестройки, было приписано к приснопамятному КГБ. Просекаете, дурилки гражданские? Внушает? То-то же…. Сейчас? Не знаю, честное слово офицера. Сплошной бардак, бедлам и нескончаемая кадровая чехарда. То одни мутные деятели командуют, то другие изгаляются. Сплошные глобальные реформы и профильные структурные изменения. Рыночная бесконечная карусель, сопровождаемая наглым и ничем не прикрытым воровством…. Хотите, будущие гидрогеологи, дам вам дельный и перспективный совет? Наймите ушлого и прожжённого адвоката. Чем прожжённей, тем лучше. Глядишь, процесс и ускорится…

Так они и сделали. Сняли со сберкнижки, оставленной им покойным дедом в наследство, все деньги, да и отправились в ближайшую адвокатскую контору.

– Сан Саныч Шварц, – пафосно представился тщедушный, неряшливо одетый старичок, восседавший за антикварным письменным столом. – Питерский адвокат в пятом поколении. Что вас, симпатичные молодые люди, привело ко мне? Излагайте, не стесняйтесь. Только, пожалуйста, во всех подробностях.

Брат и сестра Петровы, нетерпеливо перебивая друг друга, рассказали о своей непростой проблеме.

– Запутанное и нестандартное дело, – принялся сосредоточенно катать по узкому лбу скорбные морщины Сан Саныч. – Очень непростое, между нами говоря. А ещё, ко всему прочему, и чёткий «кэгэбэшный» след имеет место быть. Хотя…. Я готов помочь. Естественно, не безвозмездно. Да и без взяток здесь не обойтись. Сейчас люди, облачённые серьёзными звёздными погонами, очень полюбили хрустящие денежные купюры. Ну, очень. Безо всякой меры и до полной потери страха и совести…. О, времена! О, нравы…. Разрешение данного семейного вопроса, мои юные клиенты, будет вам стоить…

Адвокат, ласково сверкая грустными еврейскими глазами, выдержал хорошо-рассчитанную театральную паузу и – скорбным голосом телевизионного диктора, сообщающего населению о безвременной кончине крупного политического деятеля – озвучил сумму.

– Подозрительный и мутный тип, – зашептал на ухо сестре недоверчивый Женька. – Натуральный и законченный прохиндей. Откуда он, спрашивается, узнал, сколько денег мы принесли с собой, а? Угадал, что называется, копейка в копейку. Тот ещё жучара. Наверняка, обманет. Денежки прикарманит, как добрый вечер. Век футбола не смотреть…

– Не гони волну. Не обманет, – досадливо отмахнулась Валентина, после чего объявила: – Мы с братом согласны. Надо договор подписать? Подпишем. Хотите получить стопроцентную предоплату? Заплатим. Только, пожалуйста, помогите.

– Обязательно помогу. Всенепременно, – истово перекрестившись, заверил Сан Саныч. – Возможность низкого и подлого обмана с моей стороны? Она, увы, полностью исключена.

– Почему – исключена? – нахмурился Женька. – Из-за вашей хрустальной и беспредельной честности?