– Мне и многим моим товарищам пришлось уйти в отставку, господин Филатов. Но я ни на минуту не забывал о своем русском друге и его близких. Когда американские войска подходили к Багдаду, я сумел вывезти Тинни и девочку из города. Поверьте, это было невероятно сложно, но я не мог оставить их на произвол судьбы.

– Спасибо, – нарушил молчание Филатов. – Вы поступили благородно, но, думаю, не бескорыстно.

– Разве это имеет значение для вас? Разве мысль о том, что те, кого вы считали потерянными навсегда, живы, здоровы, не радует? Разве…

– Да, доктор Аббас! – резко перебил его Филатов. – И я и вы все это прекрасно понимаем, так что переходите к делу!

– Как скажете, господин Филатов, – усмехнулся Аббас. – У меня к вам вполне конкретное предложение. Мне нужны ПЗРК. Российского или американского производства – не важно. Семь-восемь комплектов. Оплата наличными или на любой счет, который вы укажете.

– ПЗРК? – Филатов не сразу понял, о чем идет речь. – Сбивать самолеты?

– Именно! Борьба продолжается, господин Филатов, просто теперь это будет скрытая, партизанская борьба.

– И вы думаете, что я помогу вам обзавестись этим оружием?

Филатов почувствовал, что еще немного – и он просто вцепится в горло этой сытой твари, которая, развалившись в кресле, нагло торгует дорогими ему людьми. Он и сам считал здоровый цинизм необходимой чертой нормального политика. Но Аббас действовал не просто цинично – подло.

– А что вам не нравится? – Аббас выразительно приподнял брови, отчего стал еще противнее. – Или иракский народ, по-вашему, не имеет права отстаивать свою свободу?

– Народ – да, но вы – не народ! – почти крикнул Филатов, но тут же взял себя в руки. – Насколько я знаю, ПЗРК могут сбивать не только военные, но и гражданские самолеты.

– Вас это не должно касаться, господин Филатов. Я просто предлагаю вам сделку: вы помогаете мне купить ПЗРК, я помогаю вам вернуть близких. Выпить не желаете?

Аббас встал и, демонстративно повернувшись к Филатову спиной – давай, мол, прыгай, попробуй меня убить! – отправился к стоящему в углу столу с бутылками и стаканами. Но Филатов был уже спокоен и собран.

– Вы опять шантажируете меня. Тогда вы хотели печатать доллары, теперь – сбивать самолеты.

Аббас налил себе виски, разбавил содовой, сделал маленький глоток, жестом предложил Филатову налить себе что-нибудь и вернулся на место.

– Это бизнес, господин Филатов, только бизнес. Помните, как вы говорили своему приятелю Кегану: ты просто покупаешь в одном месте, потом продаешь в другом месте и тебя совершенно не касается, для чего это будут использовать? Потом вы еще добавили, что торговец оружием не является соучастником убийства, совершенного из проданного им пистолета. Не так ли?

– У вас хорошая память, доктор Аббас. Вы внимательно подслушивали мои разговоры.

Филатов смотрел на врага и радовался тому, что все встало на свои места. Что бы там ни было раньше, Аббас оставался в его глазах чем-то вроде партнера – хитрого, опасного, но стоящего с ним, Филатовым, по одну сторону баррикад. Они вместе боролись против санкций, вместе пытались помочь Ираку, вместе противостояли наваливающейся махине американской гегемонии. И даже история с Тинни выглядела почти нормально – девушка нарушила правила, за что и была наказана, он захотел ее и получил, выполнив определенные условия. Но теперь Аббас стал коварным и подлым врагом. И Филатов знал: война с ним будет долгой и трудной. Но это будет именно война, а не дипломатия. Война, на которой допускается всё!

– Я не тороплю вас с ответом, господин Филатов, – Аббас с явным удовольствием цедил свое пойло. – И прекрасно понимаю, что даже ваше согласие не гарантирует быстрой поставки. Оружие, тем более такое, как ПЗРК, достать весьма непросто.

– Если вообще возможно. Особенно когда идет всеобщая борьба с терроризмом.

– Борьба с терроризмом, как и сам терроризм, придумана самими американцами. Им просто нужен повод вмешиваться во внутренние дела других стран и применять оружие в любой точке мира.

С этим было трудно не согласиться, поэтому Филатов предпочел промолчать.

– Завтра утром вас тем же маршрутом отвезут в аэропорт Шарм-аль-Шейха. Машина будет в десять часов. А здесь мой телефон, – Аббас положил на стол карточку, – по которому вы сообщите свое решение. Также хочу заверить вас, что по завершении сделки вы получите не только своих близких, но и деньги.

На этом разговор закончился. Уже выходя из номера, Аббас обернулся и сказал:

– Надеюсь, вы примете правильное решение. Всего доброго, господин Филатов.