Огород, по которому он шел, выглядел богато. На аккуратно окученных грядках росла капуста, чуть дальше – редис с луком, а большая часть огорода была занята картофелем, которым и занимался Андрей Иванович. Еще год назад на этой земле был посажен только лук с огурцами, но в последнее время отец Димы всего себя отдавал деревенской жизни. Уже несколько недель он планировал перебраться жить на дачу навсегда и, не бросая свою основную работу, ухаживать за ней, ведь в столице, после того, как Дима уехал учиться в другой город, его больше ничего не держало. Он работал сценаристом в одной постепенно набирающей популярность студии по съемке сериалов и сценарии для новых серий мог писать там, где хотел.

Хоть его совместные проекты с режиссером, который приходился ему хорошим другом, не набирали огромной популярности, деньги работа приносила хорошие. Андрей Иванович спокойно мог покупать себе все, что пожелает, и одновременно кормить сына и обеспечивать его жильем. С тех пор, как от него ушла жена, денег стало больше, и отец-одиночка в плане финансов ни на что не жаловался.

По этой причине он решил обзавестись загородным домом, и жизнь в деревне показалось ему настолько интересной, что в город возвращаться ему совсем не хотелось.

– О, Дима! – радостно сказал он, когда увидел, что сын идет к нему с тяпкой в руках, – Помочь решил?

– Делать нечего, – Дима улыбнулся, – Ты в одиночку все это посадил?

– Дядя твой помог. Он иногда приезжает, и мы вместе работаем.

– Он, ведь, знает, что я дома?

– Знает, конечно. Обещал приехать.

– Было бы хорошо, – Дима вздохнул, – Ну, за работу!

Все время до самого вечера он пробыл в огороде, усердно работая при этом тяпкой. Отец рассказывал ему, как прошел год, пока сына не было дома, а Дима ведал ему о ВУЗе, в котором учился, о планах на будущее и о странном старике из леса, о Николае Федоровиче. К концу дня его мышцы неприятно ныли, глаза закрывались, а ноги подкашивались, поэтому, не желая даже ужинать, Дима сразу пошел купаться на пруд, после чего вернулся в свою комнату и почти моментально уснул.

Грозовые тучи собирались в небе над деревней с самого полудня, но буря началась только ночью, когда все уже спали, поэтому ее никто не заметил.

Утром поднялся густой туман. Дима еще спал, а Андрей Иванович уже собирался в путь до ближайшей станции, чтобы встретить на ней Алису. Эта девушка была важна для него, она дала ему шанс на веру в то, что его сын еще может исправиться.

Дима проснулся от звука работающего мотора отцовского автомобиля. «Конечно, – была первая его мысль, – Когда меня надо было отвезти к старику, машина не работала, а для Алисы каким-то чудом вдруг починилась! Да уж, папа!»

Вскоре шум мотора утонул в тумане, а Дима, переживая из-за предстоящей встречи, заснуть уже не сумел. Посмотрев в окно на улицу, он увидел, что дорога размокла, но отец каким-то чудом справился с плохими дорожными условиями и благополучно выехал на асфальт, который был проложен в пятидесяти метрах от их дома.

Часы показывали полседьмого утра, но спать Диме уже не хотел.

– Когда учеба идет, надо бы так, – улыбнувшись, сказал он про себя.

Погруженной в полную тишину, нарушаемую лишь жуткими, но вполне обычными скрипами деревенского дома, Дима лег на кровать и уставился в окно. Примерно на расстоянии вытянутой руки из-за тумана уже сложно было что-либо разглядеть; туман клочьями плавал над землей и создавал из себя причудливые фигуры, из-за которых Диме становилось немного страшновато и неуютно. Стоило ему подумать о чем-нибудь неприятном, как туман тут же приобретал форму воображаемых объектов, которые затем медленно плыли к окну, после чего рассеивались, уступая место новым фигурам.

Дима, наблюдая за туманом, вдруг вспомнил, что отец говорил ему, что нужно приготовить еду к приезду Алисы. Он говорил что-то о продуктах, которые должны быть на кухне, о духовой печи и еще о чем-то, что Дима из-за усталости запомнить не сумел. Пришлось юноше подняться на ноги и начать думать о еде.

Отправившись на кухню, он заметил, что на столе лежит записка. Была она от отца, и на ней широким подчерком черной ручкой было написано: «Приготовь пиццу, две штуки. Все нужные продукты в холодильнике. И постарайся! Для девушки делаешь!»

Дима обреченно вздохнул и заглянул в холодильник. Тесто, кетчуп, майонез, сыр и колбаса лежали в одном пакете на серединной полке.

В приготовлении пиццы ничего сложного не было, поэтому Дима по-быстрому раскатал две заготовки, намазал их майонезом с кетчупом, нарезал колбасу, накрошил на все это сыр и положил две еще неготовые пиццы в духовку. В отцовской духовой печи пицца пеклась примерно час, и это время нужно было чем-то занять. «Пицца будет готова тогда, когда папа с Алисой приедут, – подумал Дима, – А пока телевизор посмотрю».

Включив телевизор, по которому показывали программу о здоровье, он сел на диван и стал ждать. На столике рядом с ним в стеклянной тарелочке покоился соленый арахис, и лежали оставшиеся после поездки на автобусе деньги, которые раньше принадлежали Николаю Федоровичу. Дима смотрел на них и размышлял о странности их получения. Николай Федорович неизвестно откуда узнал, что Диму ограбили, и даже предложил ему денег, чтобы проехать на автобусе. «Может, старик управляет подобными представителями течения гоп-стоп и потом собирает с них прибыль? – ошарашено подумал юноша, – Да, конечно, Николай Федорович – криминальный бандит. Но как же он, все-таки, узнал? Может…»