– Друзья Перуджи захватили велосипед, - сказал Хелльстром.

Молодая женщина посмотрела на него, не понимая.

– Велосипед, который ты взяла, когда тайком выбралась в город, объяснил Хелльстром.

– О-о-о! Работники, взявшие меня, были так настойчивы, что я забыла обо всем.

– И взяв этот велосипед, ты вызвала кризис, - продолжил Хелльстром.

– Почему это?

– Ты не помнишь, откуда у нас этот велосипед?

Она приставила руку к губам, внезапно все поняв. Когда она брала велосипед, в мыслях у нее было, как бы побыстрее попасть в город. Да еще известная толика гордости за то, что делает. Она одна из немногих работников знала, как ездить на велосипеде. Она демонстрировала эту свою способность перед инженерами неделю назад и даже научила одного из них ездить на нем. Воспитанный в ней Ульем защитный инстинкт теперь начал проявляться во всю силу. Если этот велосипед свяжут с парой, отправленной в чан...

– Что я могу сделать, чтобы вернуть его?
– спросила Фэнси.

"Такова она, Фэнси, - подумал Хелльстром, увидев ее реакцию, когда она осознала, что натворила, - я могу лишь восхищаться ею".

– Пока что я не знаю, - ответил он.

– Перуджи должен сегодня прибыть сюда, - сказала она.
– Могу я потребовать, чтобы он вернул его мне?

– Уже слишком поздно для этого. Его увезли на самолете. Что означает, что у них возникли подозрения.

Она кивнула. Отпечатки пальцев... Серийный номер. Она знала обо всем этом.

– Лучше всего, если мы будем отрицать, что этот велосипед был у нас когда-либо, - произнесла молодая женщина.

– И не сообщать, кто мог видеть тебя на нем, - заметил Хелльстром, с грустью подумав: "Лучше всего отрицать вообще существование Фэнси. У нас есть другие, похожие на нее лицом и фигурой. Возможно ли, чтобы ее отпечатки пальцев стояли на документах, которые она подписала как Фэнси Калотерми? Нет, вряд ли, ведь прошло столько времени".

– Я совершила ошибку, да?
– спросила Фэнси, начиная постигать сложность проблемы, которую она сама создала.

– Ты и другие женщины совершали ошибку, когда выносили гормоны со складов Улья во Внешний мир. И ошибкой было брать этот велосипед.

– Велосипед... теперь я понимаю, - призналась она.
– Но гормоны лишь служили гарантией оплодотворения.

Даже когда она говорила, честность, воспитанная Ульем, заставляла Фэнси признаться самой себе, что это до конца не оправдывает, почему она и другие женщины использовали подобным образом запасы Улья. Сначала это был просто эксперимент, потом она с восхищением обнаружила, сколь восприимчивы и впечатлительны оказались Чужаки-мужчины. Она поделилась этим открытием с несколькими сестрами, которым пришлось придумать собственные истории для удовлетворения излишнего любопытства Чужаков-мужчин. Наркотик, который они крали, был очень дорогим. Возможно, они больше не смогут достать его. Лучше воспользоваться им, пока он у них есть.

– Ты должна назвать имена всех женщин, кто знает эту твою уловку, сказал Хелльстром.

– О, Нильс!

– Ты должна это сделать, и ты знаешь об этом. Вы все дадите нам подробный отчет, касающийся реакции Чужаков-мужчин, насколько любопытны они были, кто они и сколько раз вы посещали склады Улья с подобной целью все!

Она удрученно кивнула. Конечно, это придется сделать. Развлечение кончилось.

– На основе этих данных мы сможем провести во Внешнем мире несколько экспериментов, которые будут осуществляться под полным нашим контролем и наблюдением, - продолжил Хелльстром.
– Вот поэтому ты должна быть точна в деталях в своем отчете. Все, что сможешь вспомнить, будет иметь огромную ценность.

– Да, Нильс.

Теперь Фэнси чувствовала раскаяние, но внутри себя возликовала. Возможно, развлечение еще не кончилось. Контролируемые эксперименты означают дальнейшее использование принятых в Улье методов на Чужаках. А кто лучше подходит для участия в подобном проекте, как не те, кто уже испытал такую тактику?

– Фэнси, Фэнси, - покачал головой Хелльстром.
– Улей еще никогда не был в такой опасности, а ты продолжаешь играть в свои игры.

Она обхватила себя руками.

– Почему?
– спросил Хелльстром.
– Почему?

Фэнси лишь молчала.

– Мы, возможно, даже будем вынуждены отправить тебя в чан, - продолжил Хелльстром.

Ее глаза расширились в тревоге. Она выпрямилась, глядя прямо в лицо Хелльстрому. Чан! Но она еще так молода! Ее ждут впереди еще долгие годы работы в качестве матки Улья! И им понадобятся ее способности и умения обращаться с насекомыми. Не было никого лучше нее в этом! Молодая женщина уже хотела было привести эти аргументы, однако Хелльстром прервал ее:

– Фэнси! Улей прежде всего!

Его слова потрясли ее, и она вдруг вспомнила то, о чем хотела сама напомнить Хелльстрому. Разумеется, Улей прежде всего! Неужели он считает ее моральной отступницей?

– У меня есть еще кое-что, - сказала она.
– Это может оказаться важным.

– Да?

– Гормоны очень сильно подействовали на Перуджи. В один из моментов ему показалась, что я задала ему вопрос. На самом деле я не задавала, но когда я поняла, что он говорит, то я начала их задавать. Он еще не полностью пришел в себя, просто реагировал. Мне показалось, что он говорит правду.