Адель будто прикоснулась к чему-то прекрасному, сокровенному… к чистейшей магии. И если таков был меч – то что значит прикоснуться к Граалю?

Когда Джудит отступила, опустив Экскалибур, Адель судорожно вздохнула и привстала. Ее больше не держали, и она прижала руки к груди, будто защищаясь. Она казалась себе беспомощной перед этой троицей, что ей совершенно не понравилось.

– Спасибо, – тихо проговорила Джудит, чуть кивнув Адель. – Спасибо, что вытащила меня. Ты была не обязана так поступать, и все же…

Ее лицо сохраняло странное выражение равнодушия и в то же время было преисполнено достоинства и благородства.

– И тебе спасибо, – ответила Адель, посмотрев на стоявшую перед ней девушку. Внутри расползалась пустота. Похоже, ее бой проигран, и нужно думать, что делать дальше. Как вернуться к семье? Они, должно быть, сейчас ужасно переживают.

Возможно, Джудит уже нашла Грааль и даже открыла его. Она была такой… наполненной. Магией, светом, спокойствием.

Больше не сказав ни слова, все трое вышли из комнаты. Лишь Анри задержался на пороге и произнес.

– Отдыхай, mon amie.

Мой друг…

Что ж, ее не убили, уже хорошо. Когда Анри закрыл дверь, Адель схватила подушку и кинула ему вслед. Очевидно, что силы возвращались к ней.

Перья разлетелись по сторонам, точно снег. И опали на пол, будто символ поверженного ангела.

Адель сжалась на кровати в комок и, зажмурившись, отвернулась к окну. Она позволила себе то, чего никогда не позволяла – расплакаться, уткнувшись в подушку. Шеи коснулось нечто мягкое и теплое, и Адель увидела мордочку того зверька, который принес ей записку с кольцом. Зверь устроился у нее на шее, и убаюканная теплом, Адель снова заснула.

– Хватит спать, – услышала она глубокий мужской голос и мигом очнулась от дремы. За окном все еще висела серая дымка, должно быть спала она не так уж и долго. – Ты разве не собираешься на королевский завтрак?

Адель знала, кто говорит с ней. Канцлер. Пришел посмеяться? Адель лежала к нему спиной, все еще обхватывая подушку. Волосы ее прилипли к щекам, и вид у нее вряд ли был королевский. Нельзя показываться ему такой растрепанной.

– Знаю, что ты уже не спишь, но не понимаю, почему до сих пор прикидываешься мертвой.

Нет, так больше нельзя. Если она будет неметь всякий раз при виде Канцлера… да и вообще, какая разница, раз с королевой уже все решено.

– Признаюсь, твое появление над водой с тем мечом было не верхом моих мечтаний. Но потенциал есть… И ты спасла Джудит. Это хорошо, мне это нравится.

Адель заворочалась на постели, перекатилась на спину и развела в стороны руки, потягиваясь и зевая.

– Ох… Господин Канцлер пожаловал, – проговорила она, а потом легла на бок, лицом к нему и положила голову на ладонь, придавая себе сонно-безмятежный вид и напуская на лицо побольше волос.

Плечи ее были обнажены, тонкая сорочка еле прикрывала грудь, но сейчас ей было все равно. Канцлер Фрост сидел в кресле перед ее кроватью, сложив пальцы домиком и закинув одну ногу на колено. Сейчас, при свете дня он не казался ей таким уж мрачным, его строгое лицо будто бы смягчилось.

– Ты передумала? – спросил он, и в этот момент под одеялом по ногам Адель скользнуло нечто мохнатое и щекочущее.

Адель невольно хихикнула, и глаза Канцлера будто бы вспыхнули, совсем как у Джудит в ее бреду.

А было ли это бредом?

– О чем вы? – спросила Адель. – Мне казалось, уже все решено. Я просто хочу выспаться и пойти…

– В ванную комнату, тебе определенно туда дорога, – поморщился Канцлер. – А потом ты оденешься и пойдешь на завтрак. Там уже почти все собрались в ожидании того, как претендентка откроет Грааль.

– Она нашла его? Джудит?

– Не могла не найти. Но этого мало. Его еще требуется открыть, при всех церемониях.

Адель сердито выдохнула и плюхнулась на спину. Под одеялом снова заворочалось пушистое нечто, побежав ей по животу и заставив рассмеяться. Но Канцлер Фрост возможно решил, что этот смех адресован ему, потому что он резко встал, нависнув над ней темной громадиной и скинул с нее одеяло, схватив перепуганного зверька за шкирку.

– Что у тебя в постели делает куница? – спросил он.

– Да я откуда знаю, – пожала плечами Адель и потянулась за зверьком, освобождая его из лап Фроста. Вот именно что лап, в очередной раз подумала она, вспоминая львиную морду на его гербе. – Мало тут куниц что ли бегает…

Значит куница, а не выдра и не хорек. Ладно. Пусть будет так. Зверек прильнул к ее руке, а потом переместился на шею, как ручной. И ощерился на Канцлера.

– Разве я еще могу стать королевой? – спросила Адель.