– А что Элейна? Она опасна?

– Еще как! И в данное мгновение она, скорее всего, настраивает против тебя добрую половину дворца.

– Готова пойти против матери? – сощурилась Адель, тоже разглядывая трещину.

– Возможно, она не верит тебе. Заставь ее поверить. И возможно она будет на твоей стороне. Элейна никогда не сделает то, что ей невыгодно.

– И где она сейчас?

– На церемонии прощания с претендентками…

– Что?

Адель немедленно повернулась к леди Сании, когда к ним подскочил невысокого роста человек с тонкими усиками, по обе стороны от которого тут же нарисовалась стража.

– Простите, Ваше Величество, я хотел бы представиться, меня зовут Руссо Сальватери, и я архитектор, мог бы предложить вашему величеству помощь в восстановлении дворца…

– Идем отсюда, Сальватери, – взял его за шкирку охранник. – Простите нас, шустрый малый.

Адель лишь глянула на них мельком и отошла в сторону, потянув за собой леди Санию.

– Какая еще церемония? Почему я не в курсе?

– Принцесса решила не тревожить «матушку», дать возможность отдохнуть…

– Но вы леди Сания! Почему вы мне ничего не сказали?

– Тебе там нечего делать, Адель. Девушек ты не воскресишь – как могла бы она. Но этого не обязательно знать их семьям. Они принесли великую жертву Граалю, чтобы жила ты. Уверена, что сможешь встретиться с ними лицом к лицу?

– Ведите меня туда, – приказала Адель.

***

Они вышли из дворца во внутренний двор, пересекая разбитый перед окнами сад, все дальше и дальше, к башне, что возвышалась в самом сердце дворцовой территории. Страж, заметив Адель, кутавшуюся в белую накидку, распахнул перед ней двери. Она бросила взгляд на мальчишку, что стоял возле входа. Он открыл было рот, чтобы объявить о ней, но она мотнула головой, будто запрещала ему. И он лишь смотрел на нее во все глаза, как на призрака.

Все немедленно встали со своих скамей и склонили головы. Адель понятия не имела, что делать и как себя вести, но она была обязана присутствовать здесь, а не прятаться в своих комнатах.

Послышался шепот, конечно же ее обсуждали, каждый ее шаг, каждый вздох теперь будет подвергнут проверке. А может, все остальные тоже не понимали, как себя вести: когда они в последний раз видели королеву во плоти?

Адель заметила, что Канцлера здесь нет, а вот Элейна сидела на самом почетном месте, в переднем ряду, а дальше… дальше стояли гробы из белого мрамора. В глазах у Адель на миг потемнело, сколько же их много. Жертва, которую пришлось принести.

Она шла вперед, не останавливаясь и не глядя ни на кого. Лишь мелькали по сторонам черные силуэты, и пожалуй только она была единственным светлым пятном в часовне. Очевидно, что здесь были и родственники девушек. Что они чувствовали, что думали… стоило ей замедлить шаг и посмотреть кому-то в глаза… нет, она не станет этого делать. Идти вперед, только вперед.

Поравнявшись с Элейной, которая все еще сидела на скамье, устремив взгляд на покачивающееся пламя свечей с каким-то странным спокойствием, Адель остановилась. Потом, будто повинуясь какой-то силе, подняла руку и резко опустила. Толпа за ее спиной зашуршала, все заново устраивались на местах.

Она еще не вошла в права королевы, но так бы повела себя та, что обладала бесконечным источником магии, разве нет?

Адель сделала шаг вперед, такой тяжелый и такой неотвратимый. И коснулась ладонью первого гроба, глядя на мирно спавшую там девушку. Мрамор холодил кожу, но она не смела отпускать этот могильный камень. Сейчас ее лицо не выражало ровным счетом ничего – Адель помнила идеальную безмятежность на лице Джудит. И надеялась, что у нее получалось играть королеву не хуже.

Джудит.

Конечно, Адель пришла сюда не просто так. Она должна была увидеть своими глазами. И она пошла дальше между рядов, всматриваясь в каждое лицо. Будто пыталась запечатлеть их в своей памяти. Путь этих девушек к Граалю оказался так недолог, и сможет ли она сама пройти чуть дальше?

И вот наконец знакомые черты лица, обрамленные светлыми локонами. Даже после смерти Джудит выглядела невозмутимой. И да, она не шевелилась, совершенно неподвижная. Та, которая должна была стать королевой. Адель на секунду померещилось, что вот-вот глаза Джудит распахнутся, и та посмотрит на нее с укоризной, как и полагает хранительнице великой силы и тайны Грааля.

Но ничего такого не произошло. Джудит умерла, от их с Канцлером коварства.

Непрошенная слезинка скатилась с ресниц Адель, и она лишь сильнее выпрямила спину и расправила плечи. Ей пришлось бы выбрать, своя жизнь или жизнь Джудит, и выбор был бы точно таким же. Канцлер просто сделал все за нее.

Адель вновь поразилась его хладнокровию. Было ли что-то, способное пробить эту ледяную стену, которую он воздвиг? Или он и впрямь был чудовищем?

Не сразу Адель поняла, что происходит: шуршание за спиной переросло в шелест, а потом в стук. Она думала, что это бьется ее сердце, но нет, это в окна часовни ударял внезапно начавшийся дождь.