– Прекрасная реплика, – проговорила Адель, разглядывая корону. Ювелир постарался на славу. – Как ваше имя, напомните?

– Смит, Ваше Величество.

– Просто Смит? Хорошо. Как я могу отблагодарить того, кто умеет разглядеть ценность в безжизненном камне?

– Что вы, Ваше Величество! Мне достаточно одного служения Вам.

Адель окинула ювелира взглядом, мысленно записывая его в список полезных для нее людей. Никогда не знаешь, кто и где может пригодиться.

Без короны она вряд ли бы могла спокойно показаться на людях, но Фрост позаботился об этом.

Он много о чем позаботился – и в первую очередь о ней.

– Точно ли все хорошо, Ваше Величество? Вы покраснели…

– Ох! Просто в комнате очень душно.

– У вас открыто окно, – с сомнением проговорил наблюдательный ювелир.

– Боюсь, вы не понимаете, что такое владеть магией, Смит, – вздохнула королева, демонстрируя улыбку. – На сегодня достаточно, спасибо.

Оставшись наедине с собой и не впуская фрейлин, Адель перевела дух. Сердце ее бешено стучало. А в мыслях был только Фрост.

Она прекрасно помнила, как его губы согревали ее, как его руки согревали ее… О Королева! Она бы никогда не могла подумать, что будет сходить по кому-то с ума. Что поддастся на такое безумие. Что этот человек заполнит ее мысли.

Он чудовище, монстр, убийца, твердило сознание.

«Я люблю его, – сказало вдруг сердце. – Я люблю Фроста, люблю Фроста… но как я убью Фроста?»

Все мысли перепутались, и Адель прижалась к двери, за которой ее ждали, чтобы сопроводить по ее обычным делам. Но день был определённо необычным. После озера Адель вернулась совершенно другой…

В дверь постучали, кто-то из фрейлин позвал ее.

– Ваше Величество! С вами все хорошо?

С ней было все просто чудесно! Даже лучше. Она хотела сейчас же увидеть Фрост, и в то же время страшилась этого момента. Он всегда вызывал в ней интерес, заставлял ее голову идти кругом, но сейчас особенно. Фрост был так ласков с ней на поляне, уговаривая не уснуть… Все чувства Адель были на взводе от одного пребывания рядом с ним. Что уж говорить о том, когда он коснулся ее бедра, будто бы невзначай водя пальцами по ее телу сквозь заиндевевшую ткань, точно прожигая материю. А его голос рассказывал ей удивительные истории. Но она не слушала. Нет, не могла даже сосредоточиться.

Адель закусила губу, испытывая разочарование, что сейчас она здесь и вынуждена вернуться к своим обязанностям, когда ей хотелось больше всего на свете быть там – снова в объятиях Фроста.

«Я люблю Фроста», – вновь пронеслось в мыслях.

Только она хотела открыть дверь, как за спиной пронесся ветерок.

«Скучала по мне?» – раздался голос в ее голове.

«Джудит!»

«Кто же еще, малышка. Ты кажешься мне такой беззаботной. И очень зря. Безопасность королевства под угрозой. И ты обязана это решить! Я вот-вот исчезну! А вместе со мной и магия».

«Как бы не так, – улыбнулась ей Адель и подняла руку, разглядывая свою метку. «Может все не так уж плохо, как ты рисуешь, Джудит? Ты королева? Я узнала совершенно другое! Я обязана была стать королевой, а не ты. Я! И Грааль… он слушает меня».

«Не обманывай себя, Адель. Это самое опасное. Грааль слушает только себя. И для тебя скоро будет подарок… Ты узнаешь, когда меня не станет. И поймешь, что нужно сделать. Но я вижу, что ты взволнована, малышка, – усмехнулась Джудит, сверкая неестественно голубыми глазами. – И конечно же знаю причину твоего волнения».

– Замолчи! – вскрикнула Адель, и тут же за дверью раздались обеспокоенные возгласы – слуги и фрейлины вновь спрашивали, все ли с ней в порядке и с кем она разговаривает.

«Но ты не можешь любить его. Не должна. Я видела столько разбитых сердец, малышка, что тебе и не снилось. Теперь все, что у тебя есть, это Грааль. И лучше тебе с ним побыстрее договориться».

«Я не смогу убить Фроста», – выдохнула Адель, признаваясь и самой себе. Нет, не теперь, когда в его присутствии ее сердце билось чаще. И даже при одной мысли о нем.

«Но ты должна. Ты поклялась. К тому же, я облегчила тебе задачу. Только так ты станешь воистину королевой. Тебя всегда будут окружать мужчины, но твое сердце будет принадлежать тебе одной. И это прекрасно, малышка, поверь мне».

«А твои дочери? – спросила Адель. – Ты что-то к ним испытывала? Материнскую любовь?»

«Конечно, малышка. Ты же не считаешь меня монстром?»

Адель усмехнулась. Именно так она и считала. Но для себя она хотела другого: она заслуживала счастья, иначе зачем все это. А теперь она кажется начала понимать, где может найти это счастье.