Кости старые он нежил,

Там все заводи знакомы,

Там привычны все дорожки!

Водяной перепугался,

К сыну Алеву взмолился,

Стал просить его так сладко,

Словно в рот набравши меду:

— Не обуздывай ты воду,

Речку в сеть не забирай ты,

Не лови ты наших струек,

Не завязывай дорожек,

Не ломай ты наши входы,

Наших выходов не трогай!

Уплачу тебе я выкуп,

Все отдам я, что запросишь,

Все отдам я, не торгуясь,

Все я выплачу без спора! —

Понял Алев-сын разумный,

Что игра ему на пользу,

Так сказал он водяному:

— А какой же будет выкуп,

Если торг наш совершится,

Если миром все уладим? —

Бес лукавый так ответил:

— Сам назначь любую плату!

Все отдам, чего захочешь,

Лишь оставь ты нас в покое. —

Так промолвил витязь Алев:

— Если ты вот в эту шапку

Старых талеров насыплешь,

Чтоб они бугром лежали,

Ваши входы не сломаю,

Ваших выходов не трону! —

Водяной промолвил слово:

— Завтра утром, на рассвете,

Старых талеров добуду,

Шапку доверху насыплю. —

Алев-сын в ответ промолвил:

— За рога быка хватают, —

Человека вяжет слово[95].

Исполняй же слово чести,

Поживей неси мне выкуп,

А не то — вражда вернется,

А не то — вернется ссора! —

Старый бес нырнул в свой омут,

Глубоко на дно забился.

Ночью Алев-сын разумный,

Ближний калевитян родич,

Вместе с другом неразлучным

Вырыл яму под муравкой,

Глубиной почти что в сажень.

Яму хитрую он вырыл —

С дном широким, с узким горлом,

Он прикрыл ту яму шапкой,

А у шапки срезал донце,

Дырку тайную в ней сделал:

Сколько золота ни всыплешь,

Все оно ульется в землю[96],

В тот подкоп, не видный глазу.

Вот ранехонько приплелся

Водяной с тяжелой ношей

Шведских талеров старинных.

Золото он ссыпал в шапку:

В шапке донце не покрылось.

Бес еще мешок приносит,

В третий раз бежит с поклажей,

Вот в четвертый раз он тащит,

В пятый раз бредет уныло,

Волочет шестую ношу —

Все проглатывает шапка,

А прибытка в ней не видно!

Деньги черта убывают,

Истощается богатство.

Сундуки бедняга выскреб,

Смел подгребки золотые,

Вытряс он все кошелечки,

Выворотил все карманы, —

Толку все же не добился.

Не сумел наполнить шапку:

Золото не прибывало,

Не бугрилось над краями.

Водяной перепугался,

К сыну Алева взмолился:

— Ты всего не требуй сразу!

Потерпи, мой паренечек!