– О, Боже! – Она балансирует на бедре спокойного малыша, а другой рукой берет кофе. – Вы спасли меня, я не знаю, как вас отблагодарить.

– Они очаровательные дети. – Это не так, но ей не нужно это знать.

Я ставлю перед ними тарелку. Оливер и его сестра заняты едой, пока Дайна заглатывает полный рот своего латте, прежде чем снова вздохнуть. Она из тех, кто чувствует себя не в своей тарелке, если в ее организме нет кофеина.

– Клянусь, я совершила ошибку всей своей жизни, выйдя замуж на первом курсе, - ворчит она, потягивая напиток. – Это глупо, серьезно, не делай этого.

Я улыбаюсь, выглядя джентльменом, каким она меня считает.

– Я думаю, что уже слишком поздно. Мне повезет, если я вообще женюсь.

Ее причмокивание прекращается, и она пристально смотрит на меня. Слишком пристально, как будто видит меня впервые. Она оглядывает меня и слегка сужает глаза в расчете.

Бинго.

Она смотрит на меня с другой точки зрения.

– Почему? Сколько тебе лет?

– Тридцать три. – Я делаю глоток своего кофе, делая бесстрастный вид. – Кажется, я всегда упускаю подходящий вариант. Но я не сдаюсь.

Она делает паузу.

–Джаспер, верно? Как вы сказали, кем вы работаете?.

Я никогда не упоминал о своей работе, и она прекрасно это знает, но она использует свои женские навыки, чтобы определить, что ей нужно знать.

– HR в C Electronics. – Я даю ей свою визитку.

C Electronics - один из немногих легальных бизнесов Лусио, небольшой, но прибыльный. И технически, я глава отдела кадров в организации Коста.

Я убираю нежелательных людей.

Дайна пытается скрыть, что она впечатлена, изучая мою карточку, и ей это не удается. Она более чем впечатлена, у нее уже есть план.

Она снова уравновешивает своего малыша, мимолетно оглядывая двух других детей, прежде чем снова встретиться взглядом с моим.

– Это может показаться слишком неожиданным, но на самом деле у меня есть потрясающая подруга, которая, как мне кажется, отлично тебе подойдет.

Опять бинго.

Я притворяюсь незаинтересованным.

– Нет, спасибо. У меня не очень хороший опыт встреч по договоренности.

Лучший способ вести переговоры - это притвориться, что вам безразлично то, что предлагает другая сторона.

Она выглядит взволнованной.

– Конечно. Я понимаю. Но я обещаю, что в этот раз все будет по-другому. – Она наклоняется, чтобы прошептать. – Она тоже не любит организованные встречи. У вас уже есть что-то общее.

Хм. Интересно.

Я поднимаю бровь.

– Неужели?

Глаза Дайны загораются, когда она отодвигает своих детей в сторону, игнорируя их протесты, и достает свой телефон. Она показывает мне фотографию, на которой мой маленький Лепесточек несет ребенка, малыша на руках у Дайны, я полагаю, и мягко улыбается в камеру.

Я знаю, что делает Дайна. Она показывает мне, что Лепесточек действительно заботится о детях и может быть хорошей матерью, женой, всем комплексом. Если бы она была продавцом, у Дайны были бы самые высокие продажи.

И все же у меня возникло желание встряхнуть ее и сказать, чтобы она никому не показывала фотографии моего маленького Лепесточка.

Это не ее гребаное место.

Красный туман застилает мое зрение при мысли о том, что она показывала эту фотографию другим мужчинам, позволяя им фантазировать о жизни с моим маленьким Лепесточком.

Да пошли они на хуй.

– Ее зовут Джорджина - но мы зовем ее Джорджи. Ей двадцать семь, и она просто душка. Она постоянно слушает мои разглагольствования и всегда говорит мне, что все будет хорошо. Она тихая и трудолюбивая. – Дайна перечисляет все качества, как будто выучила их наизусть. – И она такая красивая.

Я это вижу.

Меня только удивляет, как Дайна не замечает фальшивой улыбки на лице подруги.

– Я не знаю. Она кажется слишком хорошей, чтобы быть правдой. Почему такую, как она, не берут?

– По той же причине, по которой не берут таких, как ты. Судьба, друг мой.

Интересная женщина. Держу пари, она все еще верит в сказки.

– Дай мне что-нибудь, Дайна.

Она прикусила губу, обдумывая, как рассказать мне об этом, не убив ни одного гипотетического шанса, который есть у ее подруги.

– Она просто одиночка. В этом нет ничего плохого, просто она предпочитает быть одна. Хотя у нее было два парня. Она может приспособиться.

Два парня. Интересно.

И будет еще интереснее, если кто-нибудь из этих ублюдков вернется в ее жизнь.