Багхантер собирается в душ. Возможно, он уже там, ведь время моего ответа перевалило за минуту.

Я: «Не буду отвлекать…»

Я: «У тебя и правда туго со временем?»

Я пишу это под фотографией, которую Багхантер опубликовал в сторис еще в пять утра: зал аэропорта.

Не знаю, насколько это понятно моему собеседнику, но я пишу свое сообщение, отбросив любой флирт или… веселье.

Эта фотография «открывает» мою пятницу, запускает день на очень хреновой ноте, ведь может означать только одно: он снова в самолете.

Его снова нет в городе.

Острота ожидания, которая расцарапала мою кожу изнутри, из будоражащей превращается в зудящую.

Бросив на пол полотенце, которым подсушивала волосы, я перешагиваю через него и беру со стола телефон сразу, как тот подает сигнал о входящем сообщении.

Оно приходит спустя два часа.

Кажется, Багхантер мое настроение поддерживает. Я не знаю, повезло ли ему прочесть мои мысли или это просто космическое совпадение, но то, что он мне отвечает, больше похоже на разговор по существу. Как раз этого мне и хочется!

baghunter: «Возникли проблемы. Я в Новосибе. Пришлось срочно лететь. Форс-мажор».

Наверное, впервые за эту неделю мое желание улыбаться равно нулю. Я смотрю на дисплей, поджав губы. С чувством разочарования, ведь все осталось по-прежнему — я неизменно хочу его увидеть, и разочарование убивает даже страх быть навязчивой.

Я тоже позволяю себе вопрос по существу.

Я: «Когда собираешься вернуться?»

baghunter: «Это не от меня зависит. Пока не знаю».

Я: «Как насчет завтра?»

baghunter: «Я обычно редко могу что-то обещать, поэтому предпочитаю этого не делать».

Я теряю границы, но спасаюсь надеждой на то, что Багхантер не в курсе, насколько прямая в данный момент моя спина! И на то, что он не забыл о своих собственных предпочтениях — слышать чужие хотелки вслух.

Я: «А если я скажу, что хочу обещание?»

Это выглядит флиртом. Плевать. Я не шучу!

Пауза. Пауза...

baghunter: «Давай попробуем».

Я: «Пообещай вернуться в Москву завтра».

Он отмечает мое сообщение зелеными галочками. Остается в Сети еще на полминуты, а потом… уходит, так и не дав мне ответ.

Музыка в моих наушниках стихает еще до того, как я успеваю сесть в такси. Представить не могу, как давно ставила их на зарядку, раз они отключились даже без звукового оповещения.

Я убираю их в сумку, и всю дорогу до места приходится слушать гудение асфальта за окном и радио с громкостью на минимуме, а перед глазами у меня вечерний город.

Мне не грозит уснуть или раскиснуть — я слишком хорошо выспалась, ведь сегодня суббота, мой законный выходной. Это значит, что я не читаю сообщения от клиентов, только если это… не форс-мажор.

Каблуки моих туфель не любят асфальт, они против, когда я выхожу из такси и последние пятьдесят метров преодолеваю на своих двоих. В моей сумке есть балетки, я в любом случае не собиралась провести на шпильках весь вечер.

Дверь тяжелая, к чему я готова изначально, ведь в этом месте не в первый раз, но мне не приходится пыхтеть, потому что ее открывают с той стороны, как только я берусь за ручку.

Я пропускаю двух парней и захожу внутрь, быстро привыкая к сильно приглушенному освещению. Это маленький бар с круглой стойкой, ради него сюда в основном и приходят, еще здесь можно потанцевать. Но самое главное — здесь просто невозможно потеряться.

Я вижу Тимура у стойки сразу, как вхожу. Перед ним поднос с двумя рядами шотов, друг снимает на камеру то, как их наполняет бармен, а когда видит меня, улыбается своей голливудской улыбкой.

В этот момент я отпускаю очень много мыслей!

Отпускаю себя — в том числе потому, что пульс подхватывает музыку, которая топчется по вискам громкими басами. И мне это нравится. Я хочу двигаться, но пока мешает сумка.

— Привет, беби-гёрл, — Тимур распахивает для меня объятья. — Иди к папочке…

Со смехом я обнимаю его торс руками.

— Привет…

— Выглядишь на десятку. Моя девочка…

Мы познакомились на моей первой работе. Для него она тоже была первой, так что мы легко нашли общий язык. Еще потому, что между нами никогда не было химии, только дружба и один рабочий мозг на двоих.