Я остановился рядом. Варя была неплохой девчонкой — не злой, не завистливой, просто попала под влияние Виолы.

— Это правда ты? Но ты же… Виола говорила, что ты сгинул. А зверь… Как ты сумел? — её голос дрожал от смеси восторга и недоумения. — Это же какой-то стихийный зверь! Откуда?!

— Из опасной зоны, — ответил я, наблюдая за её реакцией.

Варя ахнула и отступила на шаг. Её глаза расширились от шока.

— Опасная зона? Туда даже староста ходит только с Мастерами! А ты…

— А я вернулся, — просто сказал я.

Девушка медленно покачала головой, всё ещё не веря происходящему.

— Виола будет… — она запнулась, поняв, что сказала лишнее.

— Виола будет что? — уточнил я мягко.

— Ничего, ничего! — Варя замахала руками, краснея. — Просто… она сама мечтает поймать хорошего зверя.

Я двинулся дальше и улыбнулся, на миг представив внучку Ефима в той опасной среде. Девушка осталась стоять у колодца, забыв про разлитую воду и опрокинутое ведро.

Центр деревни приближался. Здесь дома были крупнее, построены из добротного камня, а не из брёвен. Богатый квартал, где жили торговцы, алхимики, мастера ремёсел. И, конечно, староста.

Небольшая группа любопытных следовала за нами на почтительном расстоянии — люди перешёптывались, обсуждали, строили догадки. Я чувствовал их удивлённые взгляды за спиной, слышал обрывки разговоров.

Но это было именно то, что нужно. Пусть вся деревня видит — никакой хвори нет. Есть Зверолов, способный ловить стихийных зверей.

Впереди показались ворота, отделяющие богатый квартал.

В отличие от остальной деревни, где дома лепились друг к другу, словно в поисках тепла, здесь каждое строение занимало солидный участок.

У входа в квартал стояли двое стражников. Обычные парни из деревни, только в кожаных жилетах и с дубинками. При виде меня оба напряглись — о моей болезни они явно знали.

— Стой! — рявкнул один, выставляя руку. — Тебе сюда нельзя, Макс. Ефим приказал, чтобы ты по деревне не шастал. Что ты тут делаешь? Тебя изгнали!

Я остановился в паре шагов от них. Актриса медленно обошла меня и заняла позицию слева. Серебристая шерсть переливалась в свете факелов, а грозовые глаза с холодным спокойствием изучали потенциальных противников.

— Не поверите, а я к старосте, — сказал ровно.

— Да ну? — второй стражник покрепче сжал дубинку. — А он велел тебе в лесу сидеть. Послушай, я сделаю вид, что тебя тут не было. Просто поворачивай обратно, пока хуже не стало.

Стражники переглянулись, явно не зная, как поступить. Приказ старосты был ясен, но появление Актрисы кардинально меняло расклад сил.

Хищница сделала шаг вперёд. Движение было неторопливым, почти ленивым, но оба стражника невольно отступили. Она не рычала, не показывала клыки — просто стояла, и этого хватало. Магический хищник, способный перерезать горло одним ударом когтей.

— Понимаете, — продолжил я, словно ничего не происходило, — дело касается долга моей матери. Думаю, староста захочет об этом поговорить лично.

Первый стражник сглотнул, глядя на рысь.

— Слушай, Макс… мы же тебя знаем с детства. Не создавай проблем. Если тебе нужно передать что-то старосте, скажи нам — мы донесём.

Я покачал головой.

— Ну… Это вы меня знаете с детства, скажем так. Ничего не могу поделать парни, некоторые разговоры ведутся только лично. Мне нужно пройти.

Напряжение в воздухе можно было резать ножом. Стражники понимали — силой они меня не остановят. Но главное — они видели красные татуировки на моих руках.

— Слушай, ну Макс же Зверолов, — неуверенно сказал второй охранник.

— Точно, тогда проходи, — наконец выдохнул первый, отступая в сторону. — Ефим сам велел пропускать Звероловов королевства без препятствий. Он и подумать не мог, что ты сюда сунешься. Но если что случится — мы предупреждали.

Я кивнул и прошёл мимо них. Актриса неторопливо последовала за мной, ни разу не повернув головы в сторону стражников.

Богатый квартал поражал контрастом с остальной деревней. Здесь не было покосившихся заборов и дырявых крыш. Дома стояли добротные, некоторые из качественного леса, с резными наличниками и крепкими фундаментами. У некоторых были небольшие сады с ухоженными клумбами.

Но дом старосты выделялся даже среди этого великолепия.

Двухэтажный особняк из тёмного дуба возвышался над остальными постройками. Перед входом раскинулся мощёный булыжником двор, в центре которого журчал родник, обложенный камнем. Вода тихо переливалась через край, стекая по желобку к огороду.