В дверях показался Лепорелло.

– - Сергей Платоныч, -- обратился он ко мне, -- приказчик спрашивает, прикажете ли лошадь закладывать?

– - Какой приказчик, какую лошадь!
– - с досадой чуть не закричал я.

– - А он говорит, может быть вы поедете сенокос смотреть.

– - Никуда я, скажи, не поеду до возвращения управляющего из города. И ничего, скажи приказчику, мне от него не нужно.

– - Слушаю-с... А только что он говорит, сенокос начали, вся деревня... бабы... девки...

– - Пошел к черту!
– - совсем озлился я.

Лепорелло стушевался.

Мне стало скучно, стало досадно на всех. Мне чего-то недоставало, но чего именно, я не мог бы дать себе отчета, хотя понимал, что виновницей моего скверного настроения была она Варенька.

Я нервно ёрзал на стуле, не находил места рукам. Наливая себе второй стакан, я опрокинул молочник, сливки разлились по столу и тонкой струйкой побежали на пол. Девочка выглянула из передней, ахнула и побежала за тряпкой, а в это время как раз вошла Варенька.

– - Ну, посмотрите, Варвара Михайловна, что я наделал, -- сказал я тоном провинившегося ребенка, -- зачем вы оставили меня одного пить чай?

– - Ну, это беда не большая, -- улыбаясь, ответила она.

Девочка в это время уже вытирала тряпкой следы моей оплошности, а мне с приходом Вареньки вернулось мое хорошее настроение.

– - Пойдете вы осматривать имение?
– - спросила она меня.

– - Только в таком случае, если вы мне его будете показывать, -- шутливо ответил я.

– - Зачем? Я ничего не понимаю в этом. Тут есть приказчик Петров, он все знает, все может показать, а мое дело дома, хозяйство.

– - Ну, в таком случае я буду ждать возвращения вашего папа.

– - Как хотите, -- равнодушно произнесла она и потом спросила: -- Скажите, что вы любите к обеду?

– - Все, что вам будет угодно.

– - Да я не хочу, чтоб вы голодали. Вы и вчера ничего не ужинали.

– - Да право же я совсем не думаю об этом. Ради Бога, не делайте себе из-за меня лишних хлопот.

– - Ну, хорошо, как хотите.

– - Только об одном прошу, чтоб мне не обедать одному, а с вами, -- начал я немного робко.

– - Конечно, -- ответила Варенька совершенно просто.

– - Ну, вот и отлично. А теперь я думаю начать осмотр сада.

– - Вы найдете туда дорогу по вчерашнему пути?
– - спросила Варенька.

– - А вы разве не пойдете?
– - ответил я в свою очередь вопросом.

– - Зачем же мне идти?

– - А зачем же вы хотите оставить меня одного? За что вы так немилостивы ко мне?
– - сказал я тоном, невольно вызывавшим на сожаление.

Она немного смутилась и покраснела.

– - Вовсе нет, -- ответила она, -- но у меня есть дело в кухне.

– - Разве вы сами готовите?

– - Нет, но надо распорядиться.

– - В таком случае я подожду, пока вы распорядитесь, а все-таки мне приятнее ознакомиться с садом под вашим руководством.

– - Ну, уж если вы непременно хотите, -- сказала она, видимо не совсем довольная моей настойчивостью, -- то подождите меня у калитки в саду со двора, тут недалеко от крыльца. Я приду туда сейчас, только скажу кухарке, что нужно сделать.

Она ушла, а я отправился к указанному месту ждать.

Стоя у калитки и смотря на эти густые аллеи, на этот заглохший парк, я чувствовал, что сердце у меня билось, как будто я ждал тайного свидания, как будто я был юноша, в первый раз влюбленный платонической любовью.

Но вот Варенька показалась на дворе и направилась ко мне.

VII

Прямо от калитки, в которую мы вошли, тянулась к площадке пред террасой длинная узенькая дорожка, обсаженная с обеих сторон боярышником и жимолостью. Видно было, что их когда-то подстригали и дорожка представляла из себя коридор; теперь ветки густо разрослись, и пройти по дорожке можно было только расчищая себе дорогу руками и не иначе, как поодиночке, друг за другом. Впрочем, в некоторых местах виднелись следы недавней расчистки.

– - Однако, здесь все давно заглохло, -- сказал я, идя за Варенькой.

– - Да, сад запущен, -- ответила она, и в голосе ее прозвучала грустная нотка.
– - Никто о нем не заботился до прошлого года. Вот на этой площадке пред террасой был, как видите, прежде большой цветник, но посмотрите, как все заглохло. Клумбы превратились в бугорки, дорожки поросли травой. А ваш приятель, наш "владелец", не позволяет нанимать садовника и даже рабочих для сада. Он писал, что желает получать только доходы с имения, а не украшать его.