«Что-то не так, сэр Пол? Неужели нам всё-таки не поехать?»

«Не так ли?» Он смотрел на неё, его прикрытые глаза были полны любопытства. «А почему бы и нет?» Он прошёл мимо неё и замер у стула; и на мгновение она ожидала, что он коснётся её, положит руку ей на плечо, и почувствовала, как её тело напряглось в готовности.

«Я просто подумал, что перспектива долгого путешествия в окружении матросов-сквернословов может показаться вам неприятной. Я бы не выбрал для вас такой вариант».

«Я привыкла к кораблям». Она взглянула на него, сверкнув глазами. «И к морякам тоже».

«Это была всего лишь мысль, которая встревожила меня больше, чем я мог бы признаться кому-либо другому. На мгновение я испытал иллюзорное чувство, представив, что ты остаёшься здесь, и я буду водить тебя по городу, предлагая тебе – пусть даже временно – свою компанию».

«Вы действительно пришли мне это сказать?» Она была поражена спокойствием своего голоса, а также холодной дерзостью и заявлением мужчины. «Если так, то лучше вам уйти немедленно. У сэра Ричарда и без того забот хватает, чтобы нести ещё и бремя неверности. Я бы сказала: как вы смеете, сэр Пол, но я и так знаю, на что способны такие люди, как вы».

«Ах, да, сэр Ричард». Он отвёл взгляд. «Как я ему завидую...»

Казалось, он подыскивал слова, не теряя её внимания и терпения. «Я хотел узнать, леди Кэтрин, кажется, он называет вас Кейт?»

«Да, и только он так делает».

Силлитоу вздохнул. «Как я уже говорил, меня снова отвлекло ваше чудесное присутствие. Я всегда готов быть другом, и даже больше, если вам это понадобится. Именно это я и пришёл сказать». Он подошёл к ней, когда она пыталась встать со стула. «Нет, пожалуйста, оставайтесь, леди Кэтрин. Мне нужно проехать несколько миль до темноты». Он с силой взял её за руку, так как она не протянула её, и, не отрывая взгляда, посмотрел ей прямо в глаза. «Я знал вашего покойного мужа, виконта Сомервелла. Он был глупцом. Он заслужил то, что получил». Затем он поцеловал её руку и отпустил. «Счастливого пути, леди Кэтрин». Он смахнул шляпу со стула. «Думай обо мне иногда».

На улице уже темнело, и после того, как фаэтон с грохотом удалился, Кэтрин все еще сидела в сырой, пустой комнате, глядя на дверь.

Как и слова, сказанные ею Ричарду этим утром. Они обрушиваются на тебя со всех сторон. Визит Силлитоу придал им ещё большую остроту.

Она встала, испугавшись, когда по гавани раздался глухой удар. В конце концов, они всё-таки выстрелили.

Она смотрела на себя в зеркало с чем-то вроде вызова. Ричарду придётся рассказать о визите. Были и другие, которые были бы только рады. Но не все. Ещё одна дуэль, как однажды бросила ей Белинда? Она очень медленно покачала головой и увидела, как уверенность возвращается к её отражению.

Только смерть могла бы стать между ними преградой.

Адмирал сэр Джеймс Хэметт-Паркер снова устроился в кресле и бросил быстрый взгляд на своих спутников. Он всё ещё наслаждался вкусом изысканного сыра и щедрыми порциями портвейна, прекраснее всех, что он пил в последнее время. Казалось, это поддерживало его в этот момент столкновения с последним долгом, каким бы неприятным он ни был. Мысли его задержались на нём. Но это было необходимо.

Он заметил, что судья-адвокат терпеливо наблюдает за ним. Сцена была готова. Он взглянул на обвиняемого, но коренастое лицо контр-адмирала не выдало ничего.

Присутствовали представители лондонских и портсмутских газет; морской офицер находился за стулом Херрика, как будто он не двигался за все время судебного разбирательства.

Он сказал: «Господин Котгрейв, я хотел бы быть уверен, что капитан Гектор Госсейдж действительно в состоянии давать показания».

Котгрейв бесстрастно посмотрел на него. «Хирург здесь, сэр Джеймс».

Хирург из больницы Хаслара подошел к столу. «Я только что осмотрел капитана Госсажа и уверен, что ему стало лучше, сэр Джеймс. Он просит меня извиниться за своё поведение в суде, и я согласен, что ему дали слишком много лекарств для облегчения боли, и он был не в себе».

Хэметт-Паркер улыбнулся, что было для него редкостью. Болито, с нарастающим отчаянием следивший за каждым его движением, напомнил ему лису, готовую броситься на кролика.

Хэметт-Паркер кивнул. «Тогда продолжим».

Капитан Госсаж шёл позади посетителей, почти не опираясь на стулья, когда проходил мимо. Казалось, он даже не замечал любопытных взглядов, устремлённых со всех сторон. Сочувствие и понимание со стороны его товарищей-капитанов, а также нетерпение тех, кто жаждал увидеть, как всё закончится, так или иначе.

Он слегка поклонился должностным лицам суда и осторожно сел в то же кресло, что и прежде.

Болито наблюдал, как он покачал головой в ответ на предложение помощи от санитара больницы.

Судья-адвокат спросил: «Вам удобно, капитан Госсаж?»

Госсаж с трудом удержал культю оторванной руки, чтобы она не касалась стула. «Да, сэр». Затем он повернулся к адмиралу. «Могу лишь попросить прощения у суда за вчерашнее поведение, сэр Джеймс. Я едва понимал, что делаю».

Вице-адмирал Невилл кивнул. «Только время может исцелить то, что вы выстрадали». Некоторые офицеры рядом с ним одобрительно загудели.