— Айви, прости, — сказала я, шагая рядом с ней. Теперь я понимала, почему она позвала меня. Делать такое в одиночку — слишком тяжело. И слишком часто — ломает.

— За что? — ответила она легко, но в голосе звенела зажатая боль.

— За то, что тебе приходится делать всё это… чтобы защитить кого-то, кого ты даже не любишь.

— Я защищаю тебя, — тихо сказала она и толкнула створку двойной двери.

Я хмыкнула, но тут же резко затормозила — едва не врезалась в неё.

На месте Джека теперь сидела молодая женщина, почти девочка, закинув ноги на стол с видом хозяйки.

— Элис Эмберс. Вот уж сюрприз, — произнесла я. Высокая, смуглая, с прямыми чёрными волосами женщина жевала пиццу с видом полнейшего превосходства.

В её чертах легко читалось латиноамериканское происхождение, хотя говорила она с чистым, нейтральным акцентом Среднего Запада.

— Привет, — сказала она, бросив недоеденный ломтик обратно в коробку. — Экстра-большая со всем подряд? Это теперь официальный тариф за кремацию?

— Мы ещё «Топо Чико» принесли, — пробурчала я. Не самое остроумное, но у меня всегда срабатывает сарказм, когда меня застигли врасплох.

— Где Джек? — спросила Айви, и её зрачки сузились, почти вытеснив карий ободок.

Элис кивнула в знак признания. Она с лёгкостью могла бы сойти за студентку на вечеринке колледжа — если бы не безупречно дорогая шёлковая куртка, дизайнерские джинсы и сапоги из тонкой кожи.

На лацкане — сверкающая алмазная брошь в виде ленты Мёбиуса: эмблема Ковена моральных и этических норм.

Слишком молода для своей должности. Но это уже точно не моя вина. Правда — не моя.

— Я отправила его за нормальными салфетками, — сказала Элис, вытирая пальцы. — Он думает, что я работаю с вами, — добавила она, выходя из-за стола. — Такой миленький, правда?

Я ничего не ответила. Мы находились слишком глубоко под землёй, чтобы я могла дотянуться до лей-линии, но у Элис наверняка был фамильар — через него она вполне могла бы получить доступ. Это делало меня уязвимой. Айви тоже не двигалась, а у меня на затылке уже начинало покалывать — явный признак, что она выпускает феромоны.

Именно Элис когда-то пыталась заманить меня в Ковен моральных и этических норм, пообещав в обмен заклинание, способное вернуть Кистена в виде призрака. Предложение звучало заманчиво, но они хотели не меня, а то, что я знала. Мне бы пришлось выполнять их приказы — когда, где и как они скажут. Это не была бы полноценная роль с правом голоса. Нет.

И всё же… Меня раздражало, что я всё ещё размышляю, стоит ли принять это предложение.

— Похоже, тебе досталось, — заметила Элис, опершись о край стола с уверенностью хищницы. — Неудивительно, что ты решила избавиться от улик. Я бы тоже не хотела, чтобы кто-то узнал, как я завалила обычную встречу по реституции.

Ах вот ты как…

— Чего тебе нужно? — устало спросила я. — Ты дала мне срок до июня, чтобы снять проклятие с Брэда. Я работаю над этим.

Элис хмыкнула с весёлым презрением.

— Расслабься. Я не собираюсь трепать тебе нервы из-за вампирских разборок. Просто ты вечно где-то шастаешь, и я решила, что, возможно, ты будешь здесь.

Она скомкала бумажное полотенце и бросила в мусорку — мимо.

— Ты. Я. Мой офис. Завтра, — сказала она, доставая из кармана пиджака визитку и протягивая мне. — Вот адрес.

Я не спешила — дала ей подержать карточку на весу целых три удара сердца, прежде чем взять.

Трудно застать врасплох? Да просто она не хотела приходить в церковь, вот и всё. Не виню. Моё убежище — то ещё укрепление.

— Башня Кэрью? — сказала я, взглянув на карточку. — Ты арендуешь офис у Трента?

Высокая и худая, Элис довольно ухмыльнулась:

— Забавно, правда? Зато в центре, и с парковкой. Тебе подойдёт три тридцать? Да? Отлично.

Она оттолкнулась от стола, сморщив нос от запаха мёртвого тела.

— Увидимся там.

— Ага… — выдавила я, всё ещё не понимая, как она вообще догадалась искать меня здесь.

— Ах да, — добавила она, уже кладя руку на дверь. — Принеси ту самую книгу, с которой ты прокляла Брэда Уэлроу. Так мы быстрее разберёмся.