И вдруг Андрей все понял. Ну, конечно! Это был тот самый долгожданный антивирус. Наконец какой-то Программист скумекал, что пришла пора заняться благородным делом. Ишь какого белобрысенького кадра отбабахал! Да такому прохиндею десяток зелененьких попутчиков, что десяток семечек — перелузгает и не заметит. С «дипломатом» даже! Небось специальные приспособления с собою носит. Понятно — профессионал. Не то что дилетанты с дедовскими способами.

«Но мы же сами справились, — мысленно сказал Андрей соседу. — Как смогли. Что ж ты припозднился?»

Сосед, однако, нисколько не смутившись, игриво подмигнул и чуть заметно указал глазами на соседей справа. Андрей не понял. Тогда попутчик снова подмигнул и снова указал. Андрей, отчего-то замерев, осторожно покосился на забавную компанию.

Боже, как он не заметил раньше! Вся компания во главе с Васисином Касисином дружно улыбалась акульими улыбками!

Андрей, содрогнувшись всем телом, с мольбою глянул на нового попутчика. Но белобрысенький, нисколько не смутившись, уверенно кивнул, побарабанил пальцами по кейсу, чуток придвинулся и тихо прошептал:

— Не волнуйся, все будет о’кей.

Два дня поездом, четыре часа автобусом, а затем пешком по горной дороге — таков оказался неблизкий путь.

Палило солнце. Со всех сторон поселок окружали скалы, и только с моря дул солоноватый бриз, веяло прохладой. В ожидании приятеля Сергей сидел на камне, наслаждаясь благостным пейзажем. Напротив, через площадь, высилась игрушечная крепость. Белая, с бойницами и башнями — сейчас таких уже не строили, — она казалась занесенной сюда ветром из далекой сказочной страны. Лишь одна деталь чуть портила фасад — цветной рисунок в полстены, изображавший бравого пожарного и надпись: «В случае пожара — звоните 01».

Сергею вдруг подумалось, что они с Володей умудрились где-то пересечь какую-то границу и попали в зону отдыха крупного начальства. Ну в самом деле! Ведь холмы и скалы здесь густо покрывала тропическая зелень, а ближайший город, где находилась автобусная станция, раскинулся в степи и продувался песчаными ветрами. Ведь люди передвигались по поселку небольшими группами, неторопливо и степенно, а в городе носились табунами, чуть ли не сшибая автоматы с газировкой.

Сергей хлебнул воды из фляги и стал припоминать подробности маршрута. В поезде все было знакомо и привычно — спертый воздух, грязные вагоны, хамоватый проводник. В автобусе воняло бензином и резиной, кто-то там храпел, отрыгивал прокисшим пивом. На автостанции к ребятам подошел чумазый дядька, предложил квартиру. Затем бабуся подвалила, но ребята оба приглашения отвергли. Знали, что если хочешь жить поближе к морю — никому не верь, а хорошенько все разведай сам. Стали спрашивать, и тут им подвернулся чернявый паренек, похожий на цыгана. Стрельнул у Вовы сигарету, изучающе взглянул и посоветовал идти в поселок. Володя почему-то сразу загорелся.

Автобусы в поселок не ходили, и пришлось пешком. Вначале была степь, мусорная свалка, потом шлагбаум, за которым местность волшебным образом преобразилась. Граница? Но у шлагбаума дежурил всего один охранник, к тому же спавший в будке. Лениво поднял голову, осоловело глянул и снова задал храповицкого. Было бы наивным полагать, что в зону отдыха ответственных товарищей можно проскользнуть с такою легкостью. Да и в поселке, в белоснежной крепости на площади, обитали не какие-то элитные вельможи, а самый рядовой, обычный люд. Это подтверждало и белье, развешенное на балконах, и неказистая посуда за стеклами окон.

М-да... Что-то тут не так. В разгар сезона отпусков, в центре жуткого скопления туристов-«дикарей», вдруг обнаружился такой оазис. Сергей с Володей неоднократно проводили отпуска у моря, но ни разу не встречали ничего подобного. Всегда и всюду были толпы, очереди за едой, визг детей и грязь. Здесь же тихо, малолюдно и спокойно. Дети в сопровождении родителей чинно топали на пляж. Идиллия.

Внезапно Сергей насторожился. Что-то неестественное резало глаза уже давно, но он не обращал внимания, поскольку просто ошалел от солнца. И лишь теперь, ненароком вспомнив про ребячью непоседливость, заметил некую несообразность. Почему-то большинство детей были одеты в совершенно одинаковые синенькие трусики и голубые безрукавки. Даже если допустить, что местный магазин порадовал недавно дефицитом, все равно такая массовость вызывала удивление.

Сергей крутнулся, недоумевая. Всем людям здесь была присуща общая черта, имелась какая-то закономерность, которую мучительно хотелось осознать. Детишки, например, казались почему-то круглыми отличниками. Чистенькие, аккуратненькие, умненькие и очень положительные. Словно после школы все поголовно пиликали на скрипках, изучали астрономию, занимались в кружках рукоделия. Взрослые, конечно, были более индивидуальны, но все равно с каким-то инкубаторским налетом. Мужчины — сплошь спортсмены и примерные мужья, женщины — любящие матери и жены. И пожилые пары тоже все благообразные, заслуженные, убеленные сединами, с богатым опытом нелегкой честной жизни.