Первое, что бросалось в глаза: в растениях преобладали бежевые, рыжие и коричневые цвета. Зелёные и синие вкрапления только подчеркивали общую теплую цветовую гамму. Совсем как на Земле осенью. На родном Аркозанте в конце года больше можно встретить красно-фиолетовые оттенки, хотя летом вся флора радовала привычной зеленью. Здесь же чуждым и необычным казалось всё: цвета, формы, размеры. И запах местной растительности стал отчетливее, не перебиваемый разной химией. Но определить, на что похоже, пока не получалось.

Кристин, зачарованная, подошла ближе к краю дорожки. Дверь с тихим щелчком закрылась за спиной. Оглянулась на неё, но помня опыт со столом, паниковать не стала. Если с нейтральной зоны свободный выход для всех, значит, на неё такой же доступный вход.

Она присела, разглядывая ближайший куст. Вблизи он походил на миниатюрное дерево. Желтые листья странной каплевидной формы создавали впечатление, что ветки плачут медовыми слезами. Интересно. Она включила на рутере камеру, чтобы запечатлеть растение. Женьке понравится.

Из-за изгиба здания донеслись голоса. Кристин инстинктивно нырнула в кусты, пригибаясь и прислушиваясь. В нос шибанул непривычно резкий травяной запах, и она зажала ноздри, чтобы не чихнуть. Вот что совесть нечистая делает: сразу параноиком становишься.

По мере приближения говоривших, различила тланскую речь и выключила лингводекодер. Послушать их разговор хотелось, но регулировки звука до тихого шепота на приборе не было, а на нормальной громкости он бы сразу её выдал. После того, как уже спряталась, так спалиться — глупо.

Хотя её прятки ничуть не умнее. Могла бы сказать, что просто вышла погулять. Это не запрещено никакими правилами. Тем более представился удобный способ познакомиться и завести разговор с тланами. В общем, сглупила. Но выскакивать теперь из кустов будет совсем уж нелепо.

Она сместилась немного, высматривая в просвет дорожку у здания. Замерла, раздавшийся резкий треск от задетого куста показался оглушительным. Мимолетно порадовалась, что её белокурые волосы не сильно выделяются на фоне местной растительности, но нужно было заколоть их. Осторожно потянула зацепившуюся прядь, выпутывая из веток.

У двери остановились те два тлана с одинаковым узором на голове. Кристин с удивлением поняла, что некоторые слова их разговора понимает и без переводчика (не зря тланский учила), но весь смысл уловить не удавалось. Словарный запас пока слишком мал. Немного помогал выразительный язык тела парня. Судя по размашистым жестам и громким фразам, он что-то доказывал отцу. Тот невозмутимо слушал, потом положил ладони на его плечи и тихо заговорил.

Кристин наблюдала за их перепалкой и вдруг отчетливо ощутила дежавю. Кор’Теснар с сыном видели и слышали друг друга, даже в их споре ощущалась искренняя привязанность. Этот невозмутимый Старейшина принимал доводы сына или обосновано возражал, но не отмахивался и не указывал свысока. Совсем как у Женьки в семье.

Чем закончился разговор, она без переводчика не поняла. Но кор’Теснар слегка сжал ладони на плечах сына, коснулся лбом его лба и, отпустив, вошёл в дверь. Парень же постоял немного, огляделся и направился к лесу прямо сквозь кусты.

Кристин затаила дыхание, когда он прошёл в паре метров от неё. Подумала и, выждав, потихоньку отправилась следом, прижав рукой волосы, чтобы не цеплялись за кусты. Такой шанс познакомиться будет глупо упустить. Ради этого ведь всё и затевалось.

Она достигла опушки и выпрямилась, опуская руку. Всмотрелась в густые заросли. Голубого цвета в просветах нигде не видно. Неужели упустила? Медленно двинулась вперёд, высматривая тлана.

И поневоле отвлеклась на причудливые деревья. Большая их часть походила на столбы, густо поросшие пучками длинной осоки. Эти узкие длинные листья свисали к земле, похожие издали на пожухлую траву. Хотя вблизи становилось видно, что листья свежие и упругие, просто цвета кофе с молоком. Изредка в просветах мелькали рыжие краски. Кристин в этих зарослях гигантских метелок начала ощущать себя дюймовочкой в траве.

Она так увлечённо вертела головой по сторонам, что налетела на гигантское развесистое дерево с рыжей листвой. Или огромный куст? Крона начиналась от самой земли. Его листья так же походили на капельки. Необычно. Кристин пошла вокруг него, слегка касаясь пальцами листьев. И чуть не врезалась в искомого тлана на другой стороне.

— Прости, я нечаянно, — от неожиданности отшатнулась она. И с любопытством впилась в него глазами. На первый взгляд обычный гуманоид: янтарные глаза, нос, рот. Но черты лица неуловимо чуждые, непривычные. Как и цвет кожи. А красно-желтый узор на голове выделяется неестественно ярко, словно нарисованный люминесцентными красками.

— Я не понимаю тебя, — он с недоумением склонил голову к плечу.

Она с удивлением поняла его фразу на тланском, спохватилась, включила лингводекодер и, не удержавшись, спросила: