Она резко обернулась. Треон! Всё-таки пришёл. Кристин ощутила, что губы неудержимо расплываются в улыбке.

— Привет, Треон. Рада, что ты смог прийти. Я уже думала: сегодня не увидимся.

— Почему?

— Мне показалось вчера: твой отец недоволен нашими прогулками здесь. Боялась, что запретит тебе приходить.

— Он просто беспокоится, — Треон мимолетно отвел взгляд.

Она сразу поняла: не всё так просто, но ей ничего объяснять не собираются. Иррационально накатила обида, но Крис подавила её. Они знакомы всего несколько дней: он не обязан изливать ей душу. Они и узнать пока друг друга как следует не успели.

— Я хотелпредложить тебе покататься, — Треон вытянул руку из-за спины с двумя узкими длинными пластинами сложенных таяров. Все мысли об обидах мгновенно вылетели у неё из головы.

— Почему два? Неужели второй для меня?

— Вчера я видел твой восторг от полета, ты разделяешь моё увлечение. Поэтому дарю тебе таяр и научу им управлять.

— Даришь? Но… он наверно дорогущий? — Кристин нерешительно отвела взгляд. Жажда обладания таким чудом искушала согласиться, но правила приличия диктовали отказать. — Нет, я не могу принять такой подарок. Ты можешь мне просто одолжить, пока мы здесь. Когда будем улетать, я верну тебе его.

— Так нельзя. — Треон подошел ближе, свободной ладонью махнув сверху вниз, словно стирая невидимую пыль по стекла.

Краем глаза уловив движение, она снова повернулась к нему. Так выглядит у тланов жест отрицания? Или недовольства?

— Таяр кровно привязан*звяк* к владельцу. Его нельзя одолжить, в чужих руках он не будет работать. И привязку потом нельзя убрать. Если ты его вернёшь, он всё равно будет бесполезен.

— Что значит кровно «привязан»? Это как? — Кристин продолжала внимательно наблюдать за Треоном. Его лицо менее выразительно, и мимика иногда от человеческой отличается, но нервное похлопывание таярами по бедру и активные жесты второй рукой ясно показывали волнение.

— У нас таяры и другие предметы личного назначения привязываются к владельцу кровью. Это навсегда, их нельзя потом вернуть, поменять, украсть.

— Всё равно не понимаю. Каким образом это делается?

— Я покажу. Не бойся, боль будет краткой.

Треон взял её руку и, прежде чем она успела опомниться, приложил к более светлому участку на пластине сложенного таяра. Кончик среднего пальца словно иглой укололо. Кристин от неожиданности отдернула руку. Но на поверхности никакой иглы не заметила. На пальце еле виднелся маленький прокол, кровь практически и не выступила, только в самой коже виднелась красная точка. Внутри таяра раздался тихий щелчок.

— Теперь он твой. Владей, — Треон не скрывал довольства от сделанного.

— Это было нечестно! — возмутилась для порядка и сразу же, противореча себе, погладила с предвкушением тёплый металл. Она ещё помнила вчерашний восторг от полёта.

— Теперь высвободи его.

— В смысле "разложить"? Ладно, попробуем, — взяла таяр из его рук, вспомнила вчерашнюю демонстрацию. Развернула планку узкой стороной к себе и коснулась светлого прямоугольника на верхней части корпуса. Снова почувствовала еле ощутимый краткий укол.

Из боковых граней таяра выдвинулись вложенные сегменты, раскладываясь один за другим в неширокую длинную доску наподобие сноуборда. Кристин отпустила его, и таяр повис в полуметре над землей.

— У меня есть собственный скайборд — обалдеть! Круче чем у Марти МакФлая!

— Не понимаю. О ком ты говоришь?

— Не обращай внимания, это просто герой старого фильма.

— Что такое фильм?

— Долго рассказывать, потом расскажу. Как управлять таяром?

— Сначала нужно вложить в обувь ирсы, — Треон достал из кармана комбинезона свернутые трубочкой пластины и передал ей.

— Что это? — в руках Кристин пластины развернулись и превратились в овалы, слегка сплюснутыми посередине, наподобие стелек. Материал упругий и гибкий.

— Ирсы помогают держаться на таяре во время быстрого полета. Он формирует магнитное поле, которое притягивает их.

— Генетическая привязка и магнитные стельки. Круто! — она плюхнулась на землю, стянула кроссовки и засунула в них ирсы. Вроде подходят по размеру, хоть и не повторяют в точности контуры обуви. В носовой часть остались небольшие щели по бокам, в пятке края стельки слегка заползли на бока. Издержки универсальности. Или, может, у тланов другая стопа?

Кристин ослабила шнуровку, натянула обувь и встала, проверяя насколько теснее она стала. Вроде не критично, не жмёт. Наклонилась и перешнуровала. Выпрямилась и прошлась немного. Нормально, не мешает. Обернулась к Треону.

— Я готова. Что дальше?

Он смотрел на неё странным взглядом и почему-то не в глаза, а ниже. На вопрос не отреагировал.

— Треон?

— Я… да… — он отвел взгляд. — Ты, наверное, помнишь, как я вчера управлял таяром в полёте. В конце ты и сама повторять начала, значит принцип уловила. Хочешь повернуть направо, усиливаешь нажим на правый край. Чтобы ускориться, нажимаешь вперед, замедлиться — назад. Активируется таяр сам при близком контакте с ирсами. То есть, когда на него встаешь. Можешь попробовать, а я подстрахую.