Никто не обращал на нас внимания. По крайней мере, пока.

Райкер обогнул дом, прошел мимо задней веранды, пока мы не оказались в уединенном углу, где к деревянному забору была пристроена летняя душевая кабинка, а отдаленный шум волн скрывал наши шаги. Этот душ стоял здесь еще с тех пор, как братья Дейн были детьми — место, где можно было смыть с себя соль и песок после долгих дней в прибое.

Но прямо сейчас?

Я сильно сомневалась, что Райкера хоть каплю заботило ополаскивание.

Он толкнул деревянную дверь и завел меня внутрь, закрыв ее за нами. Воздух был влажным, и в тесном пространстве густо пахло нагретым на солнце кедром. Лунный свет пробивался сквозь щели, разрезая темноту тонкими серебристыми полосами.

— Райкер...

Его губы накрыли мои прежде, чем я успела закончить; его поцелуй был глубоким и всепоглощающим, выбивающим весь воздух из легких. Его руки сжали мои бедра, притягивая меня к своей твердости, и я почувствовала, как его возбуждение упирается мне в низ живота.

Я судорожно выдохнула ему в губы:

— Кто-нибудь... кто-нибудь может нас услышать.

Его зубы скользнули по моей челюсти, а голос превратился в мрачный рык:

— Пусть. Тогда все будут точно знать, кому ты принадлежишь.

Дрожь прошила меня насквозь, а предвкушение скрутилось в животе тугим горячим узлом.

Он потянулся мимо меня и включил душ. Поток прохладной воды ударил по деревянным доскам, и мелкая водяная пыль покрыла нашу кожу. Я едва успела это осознать, как руки Райкера оказались повсюду: сминали мою грудь, скользили по животу, дергали за пояс моих шорт. Ткань мгновенно упала на пол, а за ней последовали и трусики. Он развернул меня, прижав к прохладному, мокрому дереву, и навис надо мной сзади.

— Раздвинь ноги.

Я подчинилась, и мое дыхание сорвалось, когда его пальцы скользнули между моих бедер, раздвигая меня и поглаживая мои влажные складочки. Я уже истекала соком для него — мое тело было готово с той самой секунды, как он увел меня с вечеринки.

— Блядь, Изабель, — прохрипел он; его пальцы дразнили меня, ровно настолько, чтобы свести с ума, но недостаточно, чтобы удовлетворить. — Я должен взять тебя прямо здесь. Нагнуть и вытрахать так жестко, чтобы ты забыла собственное имя.

Я заскулила, подаваясь бедрами навстречу его руке:

— Сделай это.

В его груди зародился темный смешок, вибрируя о мою спину:

— О, я сделаю это. Но сначала...

Его пальцы глубоко проникли в меня, изогнувшись под идеальным углом и надавив на ту самую точку, от которой у меня искры посыпались из глаз. Мои колени подкосились, но его свободная рука обхватила меня за талию, удерживая в вертикальном положении, именно там, где он и хотел.

— Райкер, — выдохнула я, откинув голову ему на плечо. — Пожалуйста...

Его зубы впились в изгиб моей шеи ровно настолько, чтобы я содрогнулась:

— Ты всегда такая ненасытная до меня, — пробормотал он, глубоко толкаясь пальцами, в то время как его большой палец медленно и сокрушительно вычерчивал круги по моему клитору.

— Я ничего не могу с собой поделать, — тяжело дышала я, раскачиваясь на его руке; мое тело отчаянно требовало большего. — Это ты делаешь меня такой.

— Чертовски верно.

Удовольствие нарастало — горячее и нетерпеливое, балансируя на грани невыносимого. Дыхание Райкера стало рваным у моего уха, а голос пропитался потребностью:

— Кончи для меня, Изабель. Дай мне это почувствовать.

Этот приказ отправил меня в полет.

Мой оргазм ударил жестко, прокатившись по мне резкими, пульсирующими волнами. Ноги затряслись, руки вцепились в деревянные доски в поисках опоры, а сдавленный стон сорвался с губ, пока Райкер проводил меня через это, и его пальцы ни на секунду не останавливались и не замедлялись.

К тому времени, как затихли последние отголоски, я безвольно обмякла в его руках.

Но он еще не закончил. Даже близко нет.

— Повернись.

Я выполнила приказ, и мои конечности все еще дрожали, когда я оказалась к нему лицом. Его глаза были темными и голодными, а челюсть крепко сжата от сдерживаемого напряжения. Я потянулась к его шортам, стянула их вниз, высвобождая его толстый, ноющий член. Он был таким, блядь, твердым — горячим и тяжелым в моей руке, а головка уже блестела от влаги.

Я медленно провела по нему рукой, наслаждаясь тем, как у него перехватило дыхание и как его мышцы напряглись под моим прикосновением.