— Есть немного, — признался я, — И в упор не понимаю, зачем вообще меня сюда пригласили? Твоему деду явно не до меня, да и не сильно-то и рад он был меня видеть.

— Потерпи немного, ладно? — попросила она меня, — Официальная часть скоро закончится, потом дед вручит всем подарки, и, если тебе неприятно тут находиться, после этого можно будет уехать отсюда, не обидев его.

— Наверное, так и сделаю, вот только я ещё хотел бы поговорить с ним сегодня наедине, если это возможно, — признался я ей.

— Думаю, что возможно, почему бы и нет? Но чуть позже. Я передам твою просьбу деду. А о чём хочешь поговорить с ним? — поинтересовалась она с любопытством.

— Да это по работе, можно сказать, — уклончиво ответил я, — Кое-что по акциям хочу уточнить у него.

— Хорошо, я спрошу, хотя и считаю, что уж сегодня можно было бы и забыть о работе. Дед и так чуть ли не круглосуточно работает, уж в его день рождения можно было бы дать ему и отдохнуть, — немного укоризненно посмотрела на меня Мидори.

— Прости, но и у него, и у меня такая жизнь сейчас, что некоторые дела ну никак подождать не могут, — виновато развёл я руками, — Но, если он откажется, я пойму, и в другой день попрошу встречи.

— Ладно уж, прощаю, — вздохнула она, — И пойду я… Надо и дальше выполнять обязанности хозяйки дома. Я уже мечтаю о том, чтобы отец, наконец, женился, и снял с моих плеч эту тягомотину. Не скучай тут, — и она побежала, я пошёл на своё место, так как в этот момент её дед встал, явно собираясь толкнуть речь.

— Друзья мои, — негромкой начал Симада, держа в руках бокал, и все разговоры мгновенно стихли, — Сегодня не просто мой день рождения. Сегодня день нашей семьи. День всех тех, кто верен этому дому.

Он сделал паузу, обводя взглядом собравшихся, и тот споткнулся на мне, сделав небольшую, еле заметную паузу. Его глаза обожгли меня ледяным холодом, от чего я аж поёжился. Мда, явно разговор у нас будет сегодня непростым.

— В этот день я хочу сделать вам подарок. Не столько материальный… сколько символический. В память о прошлом, и с надеждой на будущее, — продолжил он.

Слуги внесли несколько лакированных деревянных шкатулок темного дерева с золотым тиснением «Симада», и положили их перед ним на стол.

Тошихиро задумчиво погладил крышку одной из них, придвинул её к себе, и, даже не заглянув внутрь, повернулся к мужчине, сидевшему справа от него.

— Мамору-сан, ты уже много лет служишь мне, и фактически, уже стал частью семьи Симада. И не сосчитать, сколько раз твоя необыкновенная мудрость помогала в тяжёлых ситуациях как лично мне, так и нашей корпорации в целом. На мой взгляд, этот набор для игры в Го наиболее точно отображает твою необыкновенную мудрость, — медленно и торжественно произнёс Симада, протянув ему двумя руками шкатулку.

Тот с благодарностью её принял также двумя руками, и низко поклонился.

Тошихиро взял следующую шкатулку, которая предназначалась Мидори, и в ней обнаружилась брошь-бабочка, инкрустированная бриллиантами.

— Это бабочка будет подчёркивать твою лёгкость характера, — улыбнулся он внучке, — И твою неземную красоту, которая раскрашивает наш дом всеми цветами радуги. Без тебя он был бы унылым и мрачным…

Далее он пошёл вокруг стола, вручая ручки, часы, вееры, ювелирные украшения, и прочее, я уже и следить перестал за тем, что и кому он дарит. Но вот очередь дошла и до меня.

Тошихиро остановился передо мной, держа в руках очередную шкатулку.

— Сайто-кун… или мне лучше называть тебя Кушито-сан? — он улыбнулся одними глазами.

— Как вам будет угодно… Симада-сан, — пожал я плечами, вставая.

Он больше не стал мне ничего говорить, и просто протянул мне шкатулку. Я принял её двумя руками и поклонился.

— Открой, — коротко скомандовал он.

Я осторожно поднял крышку на золотых петлях. Внутри на бархатной подложке лежал великолепный набор для японской каллиграфии: тушь твёрдая (боку), камень для растирания (судзури), кисть (фудэ) из натурального ворса в специальном держателе (фудэ-оке) из чёрного дерева, с серебряной инкрустацией «С» (Симада).

Судя по всему, это был не просто дорогой подарок из антикварной лавки. Это была вещь со своей историей.

— Этот набор я заказывал для твоего деда… — вдруг тихо заговорил он, — Кацухико Хибино-сана. Мы были хорошими друзьями… когда-то очень давно. Можно сказать, в прошлой жизни. Я хотел подарить ему его на юбилей нашей дружбы… но не успел. Он умер раньше… трагически ушёл от нас всех.

Я поднял на него взгляд. В глазах старика на мгновение мелькнула настоящая грусть? Или это была игра света?