— Теперь я дарю его тебе… внуку моего друга… который так неожиданно появился в моей жизни… через мою внучку, — с явным трудом закончил он.

Это был удар ниже пояса. Если он лгал о дружбе с дедом ради манипуляции мной сейчас — это было жестоко по отношению к памяти Хибино-сана и ко мне как к его внуку. Если он говорил правду… то его нынешние действия выглядели ещё более чудовищно — друг деда шантажирует его внука?

— Это бесценный дар для меня… Тошихиро-сан. Я буду хранить его как зеницу ока, — ещё раз поклонился я ему, и закрыл шкатулку.

Он кивнул удовлетворённо и отошёл к другим гостям.

— Пойдём, дед согласился поговорить с тобой, и зовёт тебя в свой кабинет. Я провожу, — подошла ко мне Мидори, когда я уже собирался уходить. Не видел и дальше смысла тут находиться.

С момента, как Симада закончил вручать подарки своим гостям, прошёл почти час, он куда-то ушёл минут через двадцать после этого, часть гостей тоже разбрелись куда-то, остальные угощались всевозможными блюдами, ведя оживлённые беседы, и напрочь игнорируя меня.

Мидори тоже почти не появлялась, так, пару раз подбегала на минуту, и потом опять исчезала. В общем, пустая трата времени, и если бы я не надеялся, что её дед всё же найдёт для меня время, давно ушёл бы уже отсюда.

— Я надеюсь, ты не обиделся на меня, что я не смогла сегодня найти для тебя время? Сама не ожидала, что буду настолько занята сегодня, — виновато спросила она у меня, пока мы шли по их огромному особняку.

— Нет, не обиделся. Всё нормально, я понимаю, что у тебя есть свои обязанности, которые нужно выполнять, — заверил я её, и даже не покривил душой при этом.

— Спасибо, — с облегчением выдохнула она, — Тогда чтобы загладить свою вину, приглашаю тебя завтра на свидание! Ты согласен?

— Разумеется, — кивнул я, — И куда пойдём?

— А вот этого я тебе не скажу, — показала она мне язык, — Есть у меня одна идея, но это будет сюрприз для тебя. Вот только выезжать надо будет пораньше, так что я заеду за тобой часов в восемь утра. Не проспи!

— Слушаюсь, госпожа, — шутливо ответил я, усмехнувшись.

— Вот-вот, слушайся, да. И почаще, — довольно кивнула она мне, и мы подошли к кабинету её деда.

— Всё, дальше сам. Я с тобой не пойду. Постучи и заходи, он ждёт. — скомандовала она, и оставила меня одного. Я пару секунд помедлил, собираясь с мыслями, и шагнул к двери.

Кабинет Симады-сан был огромен — высокие потолки метров пять-шесть высотой, вдоль стен протянулись книжные шкафы от пола до потолка, у дальней стены располагался массивный дубовый стол размером с двуспальную кровать, на котором был идеальный порядок, и там находились только большой ноутбук красного цвета, стопка документов и подставка с карандашами и ручками.

Тошихиро сидел за столом, в огромном кожаном кресле, напоминающем собой трон, и что-то внимательно рассматривал на ноутбуке, не обращая на меня ни малейшего внимания. Напротив него располагались два кресла для гостей, на одно из которых я, после недолгого раздумья, и сел, без приглашения. Специально. Он повёл себя по-хамски, игнорируя меня, я ответил ему тем же. Ему следует помнить, что я не его слуга или подчинённый, чтобы так вести со мной.

Он удивлённо глянул на меня, и отодвинулся от ноутбука.

— И как тебе? Удобно сидеть? — с явным сарказмом спросил он.

— Вполне, — пожал я плечами, — Но в свой кабинет я бы кресла с кожаной обивкой брать не стал. Задница может сопреть от долгого сиденья.

Он аж закашлялся от моих слов.

— А я уже и забывать стал, каким ты бываешь иногда наглым, — покрутил головой он, — Впрочем, сам виноват. Не следовало мне игнорировать тебя. И то, что мне и правда только что пришло очень важное письмо, которое я давно ждал, не может послужить оправданием. Но, и ты тоже не прав, хочу заметить. Это ведь именно ты попросил выделить тебе время, а теперь ведёшь себя так, как будто это не тебе что-то надо от меня, а мне от тебя. Это неправильно. Так дела не делаются. Я уже сомневаюсь, а стоит ли вообще с тобой разговаривать, или лучше попросить тебя удалиться. У меня, знаешь ли, не так много свободного времени.

— А я и не отниму у вас много времени, — перебил его я, поудобнее устраиваясь в кресле, как бы показывая ему, что никуда не собираюсь уходить, — Просто объясните мне, как может человек, друживший с моим дедом, называющий его чуть ли не своим лучшим другом, похитить его дочь, и требовать за неё выкуп у внука друга, который ещё к тому же, является парнем вашей внучки? Вы вообще, что ли, не боитесь за свою репутацию? Потерять лицо? Не думали, что я ведь могу просто собрать журналистов, и рассказать им всю эту историю? Что тогда будет с акциями вашей корпорации, как считаете? К чему так грубо работать? Почему вы просто не поговорили со мной, не объяснили, зачем вам так срочно понадобились эти акции, и не попросили ещё раз вам их продать?