— Всё пошло прахом, — с большой силой поборов жгучее желание надеть ей эту сумочку на голову, сообщил я, — ничего не осталось, только прах и пепел, но до чего же ты наглая, ты разве не поняла ничего? Сама так же хочешь, в прах и пепел?

— Нет! — наконец-то оторвалась от Амбы тётя Зина, но на меня смотреть больше не рискнула, и правильно. — Не надо!

— Пойдём! — и я, как морковку из грядки, выдернул её из-за стола и направил в нужную сторону, — пора вам, засиделись вы! Но не спеши, не убегай, мне ещё пару слов тебе сказать надо!

И она, кое-как справляясь с собой, ноги её почти не держали, а тело била крупная дрожь, поплелась в сторону машины, не рискуя обгонять меня.

— Вот смотри, — я наклонился и, стараясь дышать в сторону, схватил Николая за длинные волосы и потащил к машине, всё-таки заёмная тигриная сила — это что-то с чем-то, это такое удовольствие и такие возможности, что и не передать, — ты, Зина, в нашей сказке что-то да понимаешь, ты в ней человек не новый, правильно?

— Да, — коротко кивнула она, лязгая зубами.

— Ты не ведьма, — пренебрежительно махнул я рукой, — ты так, мелочь пузатая. А потому тебе повезло, потому что я ведьм убиваю, право такое у меня есть. Пока, правда, только на этой земле, в этом посёлке, но мне хватает. Тех же, в ком пока ещё больше человеческого, с теми я вынужденно обхожусь милостиво, вот как с вами. Даю понюхать настоящей силы и отпускаю — разве это не благое деяние?

— Да! — быстро и горячо согласилась она со мной, — да!

— Но вот что меня настораживает, — сделал вид, что задумался я, — все ваши об этом знают, можешь мне поверить, ведь недавно сама Катерина Петровна у ворот моего дома путь свой жизненный закончила, так как же ты сюда без боязни поехала, вот кто тебя, дуру такую, надоумил только?

— Что? — и это настолько её поразило, что она остановилась в полной растерянности, да ещё и глянула неосторожно мне в лицо, позабыв обо всём, — Катерина Петровна? Умерла? Тут?

— Как собака, — подмигнул ей я, — и с ней ещё одна за компанию в тот же день копыта отбросила, помощница у неё была, имя не знаю, забыл спросить, не до того было. А, ещё Елена-риэлтор была, знаешь такую?

— Да, — и тётю Зину вновь начала пробирать крупная дрожь, — знаю.

— Тогда чего ты сюда разлетелась? — с недоумением посмотрел я на неё, — или ты настолько, на своё счастье, мелкая сошка, что тебя предупредить не посчитали нужным? Или ты настолько наглая, что ничего не боишься? Или просто тупая? Или бессмертия поела? Ну-ка, раскрой секрет!

— Нет! — она и закивала, и замотала головой, спеша меня в чём-то уверить, — нет! Мелкая я! Мелкая!

— Тогда, мелкая, — я положил Колю у машины и развернулся к ней всем телом, — забирай своего длинного, лезьте в свою Маздень, и чтобы духу вашего тут больше никогда не было. А, и ещё — забудь про эту семью, как и не было её, а если не угомонишься, если хоть малейший слух до меня дойдёт, что успокоилась ты, что в себя пришла, что снова за старое взялась, что закружилась у тебя голова от новых возможностей, то сначала пошлю я тебе вот этого хвостатого доктора, — и я показал рукой на оказавшегося рядом с нами Амбу, — а потом, может быть, если он тебя не излечит, приду в гости сам, и приду обязательно. Всё понятно? Вопросы есть?

— Нет! — не переставая трястись, полезла она в машину, — нет! Я всё поняла, всё!

— Колю сначала засунь, — остановил я её, — и подожди, я ворота открою, куда полезла-то. А, и ещё, пока не забыл, запрещаю тебе под Колю кого-то подкладывать, пусть он и дальше проститутками обходится, а ты лично — про внучку забудь! Само, не само — всё, проехала ты этот момент в жизни, ясно? Я это к чему — я ведь это не забуду, Зина, и не надейся. Проверять буду, поняла? Не знаю, что там у вашего технического директора за дочка, но в её сторону смотреть тоже больше и сама не смей, и другим не давай, уразумела?

— Да! — не переставала кивать она, на всё сейчас согласная, но я видел, что проверить и в самом деле будет не лишним, не в этом году, так в следующем.

— Тогда вперёд! — и я полностью распахнул створки ворот, — уматывайте, гости дорогие! И забудь сюда дорогу, Зина, в следующий раз сердце вырву, точно тебе говорю, как по нашим сказочным законам и следовало бы с тобой поступить прямо сейчас, и рука не дрогнет, потому что — предупреждена ты!

Коля за это время успел ужом ввинтиться на заднее сиденье, оставив после себя лишь испорченный воздух да кое-какие следы на траве рядом с машиной, тётя Зина же взвизгнула и метнулась за руль, как молодая, и тут же эта Маздень совершенно бесшумно и осторожно, замирая каждые несколько секунд, тронулась задом на выход, стараясь держаться от меня как можно дальше.

— Давай, до свидания, — помахал я им рукой в тот момент, когда они уже выехали на улицу, — и помни, Зина, мои слова!

Машина рванула вниз по линии, не разбирая ям, так что я спокойно закрыл ворота и повернулся лицом к дому, чтобы тут же тихо скомандовать:

— Общий сбор! Минька, тащи сюда Тимофеича!

Нужно было спешить, пока Алёна не вышла, нужно было успеть прибрать за собой, и домовые не подкачали. По участку как будто освежающий вихрь пронёсся, майский такой, ласковый, и унёс он с собою всё плохое без остатка, ведь даже травинки с Колиными метками были аккуратно выщипнуты и утащены куда-то в лес.