Сохранить. Залить на сервер. Обновить кэш.

Страница моргнула и преобразилась. Теперь любой гражданин, решивший зайти на сайт, чтобы подать жалобу или проверить статус заявки, видел мое творение — а именно истину

— Отважнейший хозяин, — подал голос Баюн, заглядывая в экран через мое плечо. — Ты что делаешь? Решил переквалифицироваться в скомороха?

— Ну, Милорадович же просил веских аргументов для выделения бюджета, — ответил я, делая скриншот. — Вот он, аргумент. Самый веский из возможных.

— И что это даст?

— Ускорение, — я сохранил картинку. — Они ведь не почешутся, пока до края не дойдет. Пока гром не грянет, мужик не перекрестится, а чиновник — не займется работой, за которую граждане платят налогами.

Я довел ситуацию до края искусственно. Завтра утром об этом будут говорить все, и Лиц Принимающих Решения просто не останется выбора. Им придется выделить деньги на «экстренную модернизацию и усиление кибербезопасности», чтобы прикрыть свой зад.

— А зачем оно тебе вообще надо? — зевнул кот. — Какой-то там сайт. Картинки, буковки. До того ли нам сейчас, когда урожай снайперов на крышах так повысился?

Я свернул окно браузера, открывая список городских пабликов и новостных каналов.

— Во-первых, я пытаюсь протолкнуть модернизацию портала в целом, включая закрытый раздел для сотрудников, — пояснил я, прикрепляя скриншоты к сообщениям в «предложку». — Чем быстрее, качественнее и удобнее он будет, тем лучше будет идти работа. Без глюков, ошибок и тормозов. Это инструмент, Баюн. Хороший инструмент экономит время, а время — единственный ресурс, которого не бывает слишком много.

Я отправил первое сообщение: «Смотрите, что творится! ММР взломали хакеры со славным чувством юмора!»

— Я бы с этим поспорил, — вздохнул Баюн. — Но со своей, человеческой перспективы ты, пожалуй, прав.

— Прости.

— Да ничего, ты меня не расстроил. В общем, это, конечно, классно, но…

— А во-вторых, — перебил я его, отправляя второе, третье, четвертое сообщение в разные группы, — это я просто немного пошалил. Похулиганил. А кто-то другой с той же легкостью, через те же дыры, мог бы залить нам на главную рекламу с казино или еще худшей чернухой. Или, что хуже, тихо украсть информацию для внутреннего пользования. Списки сотрудников, адреса, графики дежурств. Нахимичить с документами, подменив цифры в отчетах. Базы данных вытереть под ноль, парализовав работу Министерства на месяц.

Я захлопнул крышку ноутбука.

— Я просто показал им, что дверь открыта. Прежде чем в эту дверь войдет кто-то с оружием и недобрыми намерениями.

— Резонно, — признал Баюн. — Профилактика через унижение. В твоем стиле.

Я вытащил модем, достал из него симку. Салфеткой еще раз протер корпус ноутбука, флешку и любую другую поверхность, с которой контактировал — просто на всякий случай.

Затем достал из кармана пальто плотный, многослойный пакет с зип-локом — такие, в числе прочего, используют для заморозки продуктов. Сунул туда выключенный ноутбук, флешку-модем, симку и мышь, выдавил лишний воздух, застегнул замок, а затем для верности обмотал сверток парой слоев скотча, который прихватил с собой. Получился герметичный, увесистый брикет, которому не страшна ни сырость, ни пыль.

Выбрасывать технику как-то жалко, да и глупо — мало ли когда еще понадобится «чистый» терминал. А таскать с собой — опасно. Значит, нужен тайник.

— Идем, — кивнул я коту. — Нам нужно место поглуше.

Мы вышли из продуваемого всеми ветрами цеха и углубились в лабиринт промзоны. Я выбирал маршрут так, чтобы уйти подальше от места нашего «преступления» и от тренировочного подвала.

— Баюн, — негромко сказал я. — Займись следами. Мне не нужно, чтобы кто-то смог четко увидеть, куда ушел человек в моих ботинках. Сделай так, чтобы они… Потерялись, размылись, или выглядели как следы бомжа, который прошел тут неделю назад.

— Сделаю, — буркнул кот, трусящий позади. — Ветер и энтропия — мои лучшие друзья. Иди спокойно, и ни о чем не переживай.

— Этого обещать не могу.

Мы прошли еще метров триста, перебрались через железнодорожный путь и оказались у остова какой-то очередной постройки. Кирпич здесь был старый, крошащийся, одна стена наполовину обвалилась.

Я включил фонарик на телефоне, прикрыв его ладонью, чтобы свет не бил лучом, а лишь едва подсвечивал кладку.

Искать долго не пришлось. На уровне моих колен, в углу, где стена примыкала к бетонному блоку фундамента, зияла темная ниша. Выпало несколько кирпичей. Глубокая, сухая, защищенная от дождя и снега нависающим козырьком плиты перекрытия.

Я присел на корточки. Посветил внутрь. Пусто, только сухие листья и паутина.

Идеально.

Я засунул сверток вглубь ниши, проталкивая его как можно дальше. Затем начал методично закладывать отверстие обломками кирпича и кусками бетона, валявшимися под ногами.

Минута работы — и тайник исчез. Теперь это была просто груда строительного мусора, ничем не отличающаяся от десятков таких же куч вокруг. Даже если кто-то будет проходить мимо, ему и в голову не придет копаться в этом хламе.