Она подвинула блокнот к себе, пробежала глазами по строчкам и схемам.

— Ваша задача — свести дебет с кредитом, — продолжил я. — Пробегитесь по нашим поставщикам, найдите актуальные цены. Посчитайте итоговую стоимость «железа», накиньте сверху процентов двадцать на непредвиденные расходы и логистику. И составьте официальный запрос на выделение бюджета для создания и тестирования прототипа. Форму вы знаете.

Мария кивнула, но взгляд ее задержался на чертеже разводки платы. Она подняла на меня удивленные глаза.

— Дмитрий Сергеевич… А вы, оказывается, и в технике разбираетесь? — в ее голосе звучало искреннее изумление. — Тут же профессионально нарисовано. Схема подключения, полярность, номиналы… Я думала, это только Илья умеет.

Я едва заметно улыбнулся.

— Мы с Ильей это вместе нарабатывали, — ответил я, ничуть не покривив душой. — Он был мозгом, я — руками, которые записывали. Так что считайте это его наследием, которое мы обязаны воплотить.

Мария грустно улыбнулась в ответ, коснувшись пальцами страницы.

— Поняла. Сделаю в лучшем виде. К обеду будет готово.

— Спасибо.

Я забрал со своего стола распечатанный «манифест» по поводу взлома сайта и направился к выходу.

За судьбу «Пульса» я, честно говоря, не переживал от слова «совсем». В свое время князь продавил финансирование куда более дерзкого и непонятного «Циклона», и это в тот момент, когда у его потенциальных разработчиков — меня с командой — не было ни репутации, ни какого-то административного веса. Мы были просто кучкой энтузиастов во главе с чиновником, имеющим сомнительную — а точнее, несомненно паршивую — славу, а на все новое в этом болоте смотрели искоса.

Теперь же расклад изменился кардинально. Речь шла о куда более простом, понятном и дешевом проекте. И предлагала его команда, которую после спасения замерзающих домов чуть ли не на руках носили. Мы были «народными любимцами», а я, как глава этой шайки-лейки, в последнее время проявлял пугающую для многих тенденцию к болезненному защемлению толстых жоп в мягких креслах. Отказывать мне становилось себе дороже.

Так что все будет нормально. «Пульсу» быть, заявка — просто бюрократическая формальность, которую нужно соблюсти.

С этой мыслью я, зажав папку под мышкой и постукивая тростью, двинулся по коридору к кабинету Милорадовича. Предстояло объяснить начальству, почему наш сайт рекламирует воров, и как из этого извлечь выгоду.

Князь сидел за столом, глядя в экран своего компьютера. На его лице обнаружилось странное выражение — смесь искреннего веселья и начальственной суровости.

— Честно признаться, Дмитрий Сергеевич, — произнес он, поднимая на меня взгляд, — я сейчас нахожусь в замешательстве. Не знаю, смеяться мне или отчитывать вас за хулиганство.

Реакция оправдала ожидания. Я его удивил. И, судя по тону, все-таки приятно.

— Если вы про репутацию Министерства, Владислав Петрович… — начал я осторожно.

— Да какая, право слово, репутация?.. — вздохнул Милорадович, махнув рукой. — Будем честны: этой репутации у нас вообще не было до ваших блистательных инициатив. Нас считали профессиональными проедателями бюджета, а теперь — хотя бы живым местом, где происходит что-то интересное. Пусть даже и скандальное.

Вот и хорошо. Так и думал, что он не обидится. На правду ведь не обижаются, особенно умные люди. Я, в конце концов, просто громко сказал то, о чем и так известно было чуть менее, чем всем.

Князь посерьезнел.

— Но вы понимаете риски? Если в Губернии узнают, что это сделали вы… Это служебное несоответствие, как минимум. И уголовное дело о неправомерном доступе, как максимум.

— Не узнают, — ответил я, хитро прищурившись. — Я об этом позаботился. Ни единого следа, ведущего ко мне или к этому зданию, не оставил.

Я вкратце, без лишних технических дебрей, рассказал ему про свою ночную операцию: про одноразовый ноутбук, купленный с рук, про левую сим-карту и про то, где сейчас покоится это «железо».

Милорадович слушал внимательно, и брови его ползли вверх.

— Да откуда у вас такие навыки, Дмитрий? — спросил он почти удивленно. — Цифровая безопасность, взлом, конспирация… В вашем личном деле об этом ни слова.

Вопрос риторический. Хотя скоро он и правда получит на него ответ, когда придет время раскрыть карты.

— Как выяснилось, я человек многих талантов, — улыбнулся я, разводя руками. — Не все же заниматься личным обогащением и героической борьбой с зеленым змием путем его поглощения. Надо и о высоком подумать.