Особняк Рода Платоновых находился в нескольких часах езды от дома, в котором я очнулся. Машина мягко покачивалась на неровной дороге, а за тонированным стеклом мерно сменялись пейзажи: тёмный ельник, редкие берёзовые рощи, серые и бежевые коробки домов на окраинах.

Иногда на опушках мелькали силуэты магзверей. Массивные, уверенные в себе твари, которые вели себя в лесу как у себя дома и не особенно обращали внимание на людей и технику.

Один раз у самой границы леса показался огромный олень: его рога светились синим, отбрасывая на стволы мягкие голубоватые блики. Он спокойно шёл между деревьями и пощипывал магические цветы, не проявляя ни страха, ни настороженности. Взгляд, движения — всё выдавало в нём хозяина территории.

Лес был их владением, а не людей.

Похоже, количество магических тварей в лесах уже сейчас росло довольно быстро. Гнёзда появлялись не только в дальних уголках Империи, но и в лесах возле крупных дорог, куда редко кто совался. Там никто не жил — не было нужды регулярно очищать эти места от магзверей. В итоге у них сформировалась своя собственная замкнутая экосистема, где всё менялось только при появлении более сильных тварей.

Об этом процессе когда-то подробно рассказывал один из частных учителей Алексея. В те редкие моменты, когда отлипал от важной части своей личной «экосистемы» — бутылки, которую считал чуть ли не источником просветления.

Иногда он рассуждал о балансе сил, естественном отборе и устойчивых системах, а потом с тем же энтузиазмом возвращался к выпивке.

Как потенциального наследника вообще могли оставить на такого увальня, оставалось только догадываться. Казалось, в клане никто всерьёз не задумывался о том, чтобы наследники росли действительно сильными и обученными.

Егор Лазарев — старший брат этого тела — получал всё самое лучшее. Не только потому, что был способен, но и потому, что его мать была дочерью влиятельного главы клана, приближённого к самому Императору.

А Алексей… просто сын женщины из разорившегося дома, где из родных уже никто не остался в живых.

Что она могла предложить взамен за право войти в Лазаревы? Техники и знания, доставшиеся по наследству, и свои навыки лекаря.

Эти лекарские техники и стали ценой её вступления в клан. Обычный бартер, холодный расчёт: вы даёте мне статус и защиту, я — методики и умения.

В мире, где существует почти бесконечное количество техник разной силы и назначения, Лазарев собрал для себя целую коллекцию и на её основе вывел универсальный вариант лекарской техники — зелёное пламя Лазаревых.

Платоновы в этой системе отвечали за другое — производственные мощности. Энергия, логистика, создание артефактов — в этом был силён Георгий Платонов. Его дочь изначально рассматривалась не как практик, а как невеста для старшего брата Алексея — ещё один узел в сети связей. Но её болезнь, которую назвали неизлечимой, разорвала этот узел. Вместе с её здоровьем рухнуло и положение Платоновых как приближённых к клану Лазаревых.

Теоретически сложилась ситуация, в которой могли выиграть все: полное выздоровление наследницы Рода Платоновых вернуло бы им влияние и укрепило связи. Но всегда находится своё «но». Решить всё одним жестом было невозможно.

Тем временем мы уже почти добрались до места назначения.

Особняк показался издалека, когда машина выехала на широкую дорогу, вымощенную плиткой. Дом был огромным, хотя и уступал владениям Лазаревых. Бело-серые стены без лишней лепнины выделялись на фоне леса. Ровные линии фасада, высокие узкие окна, строгие балконы, фронтон со знаком Рода — всё выглядело сдержанно, без показного золота.

Перед особняком тянулся ухоженный двор: аккуратные дорожки из светлого камня, подстриженные кусты, несколько деревьев в кадках. По периметру — невысокая, но усиленная рунной вязью ограда. На углах здания и вдоль забора едва заметно мерцали защитные печати, складываясь в тонкий энергетический ореол. При въезде машину мягко «провела» волна энергии, по коже пробежали мурашки, руны на воротах вспыхнули и снова погасли. Защита здесь и правда была на высшем уровне.

Я никак не отреагировал, просто перевёл взгляд обратно на планшет. В очередной раз просматривал список ингредиентов, необходимых для работы. А она предстояла непростая.

Состояние тела Платоновой… Когда я в прошлый раз помогал Георгию с её болезнью, я не представлял, насколько всё запущено. Тогда у меня была почти слепая уверенность в положительном результате — в прошлой жизни я лечил подобные недуги одним зельем.

Здесь же требовался комплексный подход: сочетание зелий, техник и, возможно, вмешательство в структуру энергии.

— Прошу вас воздержаться от резких высказываний, господин, и не принимать слишком близко к сердцу сказанные главой слова, — неожиданно произнёс парень в очках, сидевший напротив.

Он всю поездку сохранял невозмутимый вид. Тёмные волосы аккуратно зачёсаны назад, тонкая оправа блестела при каждом повороте головы. Голос спокойный, без подобострастия, но и без лишней фамильярности.

— Глава в последнее время сильно натерпелся, — он слегка поправил очки. — Я буквально вынужден вас об этом осведомить.