— Как? — спросил Грим.

Хальд открыл рот. И снова не нашёл ответа.

Потому что он сам не знал. Ему очень хотелось, чтобы мы стали каким-нибудь идеально подходящим камнем, которым можно заложить опасную щель. Свидетелями, которые скажут не слишком много. Охотниками, которые подтвердят правду, но не разозлят Рагна. Изгоями, которых можно подвинуть так, чтобы Дорну стало легче. Но сказать это прямо он не мог. И, кажется, даже себе до конца не сказал.

— Говорите осторожно, — наконец произнёс он. — Не давайте Рагну сделать из вас... Не давайте Улю... — он запнулся. — Не давайте горю вести Фейтхолл. Дорн хочет мира. И чтобы...

Грим встал.

Просто встал из-за стола. И пошёл прочь.

В дварфийском застолье это было невежливо. Особенно если гость встаёт, пока хозяин ещё говорит. Если оценить по шкале от снисходительного тона до вытереть жирные пальцы о бороду, будет примерно посередине. На ступень меньше, чем удар кружкой в лицо.

Торв поднялся следом. Без всяких шуток, молча. Стур тоже. Браск помедлил, явно переживая по поводу подъёмника, но встал. Орм вздохнул, посмотрел на недоеденный кусок, всё-таки сунул его в рот и тоже поднялся.

Мне ничего не оставалось, как присоединиться к своим.

Хальд остался сидеть за столом. Он всю жизнь знал, как распределять, куда и что распределять. И никак не мог смириться с тем, что страх заполняет собой всё сразу.

— Что значит «издавна»? — спросил Стур по дороге в наши покои.

Разумеется, ответил ему Торв.

— Ну вот смотри. Положим, ты взял у Скьеля кружку, чтобы налить ему пива. И не хочешь отдавать. И ты знаешь, что можешь не отдать. К примеру, мы все тебя в этом поддержим. По каким-то причинам. Но ведь будет как-то неправильно сказать: «Теперь это моя кружка». Верно?

Стур всерьёз задумался.

— Я бы так не сделал. Какие для таких вещей могут быть причины?! — наконец сказал он.

— Представь, что ты Хальд, — пришёл я на помощь Торву.

Стур снова подумал.

— Теперь я, кажется, понимаю. Тогда я скажу, что это кружка издавна моя. Верно?

— Как издавна у нас заведено, — рявкнул Грим. — Пора вооружаться и пойдём играть!

Не было слова «тренировка». Были игры. В случае дварфов не ногомячи всякие, а игры с щитами и оружием. Впрочем, тренировочный, то есть «игровой», зал в переводе на процент от ВВП в любой цитадели обычно был обустроен не хуже спортзала для олимпийской сборной.

Мы нашли указанную игровую залу без подсказок. Хотя времени оставалось немного, Грим успел немного погонять нас, то и дело лупя взятым из стойки тренировочным копьём, сделанным из гибкой грибнины, чтобы мы научились двигаться медленным шагом, держа подобие круговой обороны. Получалось хорошо, но недостаточно.

За часок мы пришли к тому, что если в центр поставить Торва и Браска с арбалетом, а остальных заключить вокруг них в квадрат, получалось лучше всего. Плотности строя не хватало, зато появлялась относительная подвижность. Постаравшись, чтобы каждый привык к своему месту и запомнил команду, мы счастливые пошли спать, не забыв заглянуть в Великий Чертог, чтобы пополнить кружки.

На следующий день произошло странное.

В тренировочном зале, в который мы, разумеется, пришли сразу, как только проснулись, переплели бороды, помылись и поели, нас встретило пятеро.

Я плохо понимал ситуацию, чувствуя себя так, будто пьяным пытаюсь смотреть иностранный фильм. Пришедшие говорили односложно, супились, хмурились, смотрели в пол, а потом вдруг гордо дёргали бородами и дерзили. Впрочем, Грим, как оказалось, был к такому привычен.

Эти дварфы из Фейтхолла просились к нам в попутчики.

Это повергло меня в ступор. Зачем искать другой жизни, если у тебя есть Фейтхолл? Это в малой цитадели трудно бывает найти жену, или твои руки не окупают твоё брюхо. Но как такое может быть в Фейтхолле?!

Вскоре они переехали к нам. К моему удивлению, ни у одного не оказалось с собой ни оружия, ни щита. И даже шлема, который, как я всегда считал, практически неотъемлемая часть каждого дварфа.

Поболтав с ними, когда мы трапезничали перед периодом сна, я задал этот вопрос. И получил ответ, заставивший не только меня, но и всех остальных задуматься.

Это были не попутчики.

Молодые дварфы Фейтхолла искали место в отряде охотников. Чтобы заниматься тем, чем занимались мы. А именно: ходить на опасные вылазки, если вдруг в какой цитадели есть в том нужда, охранять торговцев в опасных тоннелях и самим возить товары.

Обсудив в своих покоях такое странное желание, все сошлись на том, что фейтхольцы желают странного оттого, что никогда не видели вблизи опасные тоннели, не бывали в цитаделях, где всё так плохо, что даже риск смерти волокит из короткобородых окупает кучку ресурсов, и никогда не проходили своими ногами по три гонга подряд без передышки.