– Проницательность украшает женщин, а шрамы – мужчин.

– Маэстро, я не лезу в чужое дело. Хотела сказать одно: знаю отличного хирурга, мастера по огнестрельным ранениям. Как только пожелаете, я направлю вас к нему.

Она посмотрела с такою искренней заботой, что сердце Альваро растаяло.

– Мало экзотической красы - еще и острый ум, и доброта! Сеньора, вы решили присвоить все возможные достоинства? Смилуйтесь над другими женщинами, оставьте им что-нибудь.

– Зачем?..
– Дама потянулась к сумочке: - Позволите, я закурю?

Не дожидаясь позволения, раскурила длинную муарийскую трубку. Потянулся аромат табачного дыма – вкрадчивый и будоражащий. Чувственные губы касались мундштука, тонкие пальцы поглаживали трубку из слоновой кости. Каждый жест незнакомки содержал обещание. Воздух наполнился затаенной страстью, стал тягучим и сладким, как горячий шоколад…

Дама выдохнула облачко дыма и сказала:

– Давеча маэстро хотел обсудить политику…

– Ах, сеньора, все изменилось с тех пор! Я лучше обсудил бы бездонные глубины ваших глаз и трепетную чуткость ваших рук.

– А как же прелесть интеллектуальной беседы? Наслаждение игрой ума? Вы променяете все это на банальную… - она коснулась его губ кончиком пальца, - ...похоть?

Альваро попытался поцеловать пальчик, но дама вовремя убрала руку.

– Никакая похоть, тем более банальная, не встанет между нами!

Он потянулся к ее ладони, дама вновь увернулась.

– Маэстро, мое сердце завоюет лишь тот, кто научится меня слушать.

Альваро знал, что правда за нею. Если сразу перейти к поцелуям, свидание лишится самой красивой своей части – словесного танца. Он и сам хотел поговорить с незнакомкой… ну, изначально хотел, до того, как увидел…

– Расскажите о ваших делах, сеньора. Приложу все усилия, чтобы слушать ушами, а не глазами.

Ничуть не спеша помочь ему в этом начинании, она пососала мундштук и заговорила, понемногу выдыхая дым:

– Вы угадали: мое дело – Высокий Стол. Мне нужно вычислить, кто станет новым супремо.

– Сложная задача… - сказал Альваро, силясь отлепить взгляд от ее губ.

– Потому я и занялась ею… Вы преподаете литературу, не так ли? Значит, любите конфликты. Сюжет умирает там, где кончается конфликт.

Он оживился:

– Вы правы, сеньора.

– Тогда вам понравится мой рассказ. Высокий Стол разрывает на части не один конфликт, а два сразу.

Она опустила кончик пальца в бокал красного вина и провела по столу две перпендикулярных линии, словно оси координат.

– Вертикальная ось зовется “Война или мир”. Целых четырнадцать лет, со времен Солантийской экспедиции, мы ни разу толком не воевали. Четырнадцать лет – это очень много! Особенно когда военный бюджет тает с каждым годом… Две эсферы устали от мира и жаждут понюхать пороха, а также – подзаработать. Угадайте их.

– Вояки и пиррраты, - Альваро порычал в знак симпатии к последним.

– Здесь находится партия войны, - незнакомка указала на нижний конец оси.
– Кроме генералов и теней, ее поддерживают еще несколько алленов: из эсфер Медицины, Обслуги, Транспорта. Как вы думаете, почему?

– Ну-уу… паровозы?

– Войны хотят все, кто недоволен нынешним своим положением. Война может изменить статус кво. Перейдем к партии мира – вооот сюда…

Блестящим ноготком она провела вдоль вертикальной оси снизу вверх. Дама, похоже, добивалась от Альваро невозможного. Ведь всем известно: кровь мужчины может приливать либо к мозгу, либо к другому органу – но не к обоим сразу! Да Силва сосредоточился и сказал лучшее, что смог придумать о войне и мире:

– Генерал Дезерей говорит: дангарцы очень опасны…

– Ах, прошу! Он говорит это чаще, чем мы с вами эпатируем друг друга. Генералы просто выдают желаемое за действительное: о, сколько власти они бы обрели, будь Дангар истинно опасен!

В душе Альваро проснулся интерес: не только к самой даме, а и к смыслу ее слов. Генерал говорил одно, она – другое. Любопытно…

Незнакомка продолжила, промочив горло вином:

– Партия мира складывается по обратному принципу. Все, кто сейчас процветает, не хотят резких перемен. Это: торговцы, ученые, металлурги, владельцы шахт. Их проблема – отсутствие харизмы. В партии войны есть несколько сильных лидеров, аллены мира не могут этим похвастать. Зато – их больше.

Альваро передвинул ее пальчик на горизонтальную ось:

– Здесь у нас – Три Быка и паразиты?

– Я предпочитаю говорить: левые и правые. Слева – Три Быка. Они были бы сильны, если б не внутренняя проблема: обреро бунтуют против крупных фабрикантов.

Он усмехнулся:

– Вот об этом я знаю даже больше, чем хотел бы. Увольнения из-за паровых машин, завод “Эсперанца”, Мор против дона Мадуро…

– Вы хорошо проинформированы. Дружите с реформистами?

– Кажется, уже нет.