Я хотела насладиться этим моментом, но мое тело кричало в агонии, требуя полного единения. Я выгнулась навстречу его ласкам и наклонила бедра к выпуклости под его джинсами.

Доминик простонал мне в губы. Он поцеловал меня с еще большей силой и так резко ущипнул за соски, что у меня перехватило дыхание.

Прежде чем я успела хоть о чем-то подумать, мои руки опустились к его ширинке.

– Я хочу… – пробормотал он. – Мне нужно… О боже, Рива.

Продолжая теребить пуговицу, я слегка кивнула:

– Да. Давай.

Никто из нас толком не представлял, что мы делаем. Я только однажды столкнулась с подобным, потерялась в сиюминутной страсти, а он и вовсе никогда ни с кем не был.

Но проносящиеся сквозь нас тени знали, чего хотят. Каждое движение было таким естественным, будто по-другому и не могло быть.

Я стянула штаны с бедер Доминика. Вытащила из боксеров его твердый член. Вдохнула его стон в свои легкие.

Он подцепил резинку моих карго и стянул их вниз. Они упали на пол у выступа, на котором я сидела.

Его рука скользила у меня между ног, каким-то образом одновременно и утоляя мой отчаянный голод, и усиливая желание.

– Ты идеальна, – еле слышно повторял он, стягивая с меня промокшие трусики. – Абсолютно идеальна. Каждая твоя частичка. И все, что ты делаешь.

Я не отвечала, просто не могла – слишком уж высоко парила от пьянящих ощущений, слишком глубоко тонула в бурлящей в венах крови.

Я схватила его за задницу и наклонилась вперед, и он вошел в меня так глубоко, словно должен остаться там навсегда.

Да. Да. Как же мне было это нужно.

Наконец-то мы стали целостными.

Раскачивая меня вперед и назад, Доминик погружался все глубже и глубже. Его дыхание стало прерывистым, как и мое.

Его щупальца скользили по моему телу, усиливая удовольствие. Я неистово его целовала, охваченная тем же чувством слияния, которое испытывала с Андреасом.

Наши сущности слились воедино. Как и наше дыхание.

Мы двигались синхронно, словно одно существо, и нас пронзало блаженство.

Я выпустила когти. Щупальца Доминика вздрогнули.

Он провел ими прямо по моей груди и сжал бедра, чтобы еще крепче прижать меня к себе. Его член погрузился так глубоко, что задел какую-то внутреннюю точку, отчего мои мысли спутались, а затем размылись, а затем…

Мое тело охватил такой сильный экстаз, что все остальное померкло. В крови танцевали тени.

Слова вырывались из меня мольбой:

– Кончи. Кончи вместе со мной. Останься со мной.

Доминик хрипло вскрикнул и с силой вошел в меня еще раз. Его бедра дернулись, и он кончил следом.

Прежде чем остановиться, он вошел и вышел из меня еще несколько раз. Его голова склонилась к моей, тело прижалось к моему, а я все так же сидела на неустойчивом выступе.

Сила нашей связи пронзала меня насквозь. Мне стоило этого ожидать – электрического разряда, словно все чувства поднялись на поверхность.

Точно так же, как было с Андреасом.

Я подняла голову, желая еще одного поцелуя. В поисках утешения, подтверждения… чего-то.

Доминик подался мне навстречу. Его тело дрожало от энергии нашего столкновения, а поцелуй оказался таким сладким, что мне захотелось в нем раствориться.

Когда мы отстранились друг от друга, я опустила взгляд на его грудь и дотронулась до темного пятнышка, появившегося на его коже в верхней части грудной клетки.

– Я и тебя отметила, – удивленно пробормотала я.

Доминик провел большим пальцем по моей ключице.

– У тебя уже был один на этой стороне, но теперь все симметрично.

Он сделал паузу.

– Это… это потому, что мы… это что-то значит?

– Я не знаю, как это работает и почему это происходит, – призналась я. – Но я… если сосредоточиться, то я всегда могу узнать, где сейчас Андреас. Наверное, с тобой теперь будет то же самое.

На лице Дома появилась такая яркая улыбка, что все мимолетные сомнения насчет того, будет ли он возражать против вечного клейма, исчезли.

– Это просто идеально, – сказал он таким мягким голосом, какой я от него еще не слышала. – Теперь, если понадобится, ты всегда сумеешь меня найти.

На глаза неожиданно навернулись слезы. Я обняла его за плечи и прижала к себе.

Ничего не сказав, Доминик поднял меня на руки, развернулся и отнес на кровать.

Он улегся, прижался ко мне и поцеловал прямо в лоб.