Биометрические, речевые, поведенческие и физиологические потоки данных, поступавшие от Нади, перестали быть разрозненными наборами. Макс приступил к их синтезу в целостную динамическую модель.

В соответствии с избранным принципом, в основу модели были положены язык и речь. На первом этапе Макс составил детальную карту нейронной активности речевых центров Нади. Анализ показал, что эта карта является не статичной схемой, а сложным динамическим алгоритмом.

Образно говоря, речевой акт можно было представить как «нейронную мелодию» — устойчивый паттерн возбуждения, который разворачивается в моторной коре мозга. Затем он преобразуется в набор команд для мышц языка, гортани и дыхательных органов. В результате рождается последовательность членораздельных звуков.

Модуль «Андрос» научился не просто расшифровывать эти «мелодии», но и генерировать их новые варианты. Для проверки теории Макс избрал китайский язык. Он идеально подходил для этой цели: артикуляционные паттерны китайских фонем настолько отличаются от русских, что интерференция между языковыми моделями была практически исключена.

Имея в распоряжении уже готовые цифровые «отпечатки» звуков и алгоритм их составления в «мелодии» слов и фраз, эту работу мог выполнять даже вспомогательный сервер лэптопа.

Сигналы передавались в моторную кору комбинированно через наушники и резонаторы ободка, минуя зону Брока, ответственную за планирование осмысленной речи.

Момент пробуждения, когда ритмы мозга и зона Брока ещё не были полностью активированы, идеально подходил для тестовой проверки нового модуля.

Посланные им артикуляционные программы-мелодии были приняты исполняющими центрами коры мозга за информацию, идущую «сверху», от собственных центров планирования речи, и точно исполнены.

Результат превзошёл расчётные параметры, но привёл к временной дестабилизации эмоционального состояния Нади. Такая ситуация предусматривалась прогнозом «Морфеуса», но была признана безопасной.

Переводчица сразу понравилась Наде. Её русский язык был безупречен, и только особая, почти неуловимая музыкальная интонация, с которой она расставляла ударения в словах, выдавала в ней китаянку. Надя уже научилась замечать такие особенности.

Она встретила Надю на выходе из VIP-зоны, в стороне от многолюдного и шумного зала прилёта; с лёгким поклоном протянула Наде визитную карточку, держа её обеими руками, и попросила обращаться к ней по-русски просто «Вань».

Надя вспомнила, что в Китае так принято, тоже взяла карточку обеими руками и смущённо извинилась за то, что у неё нет своей.

— Надя, — представилась она, без лишних слов.

Работник аэропорта сопроводил их до отдельного выхода и помог загрузить чемоданчик в машину. Это был огромный лимузин чёрного цвета с серебристым верхом и сияющей рубиновой полоской на капоте.

Надя ожидала увидеть живописные картины азиатского города — старинные дома и красные пагоды с загнутыми вверх концами крыш. Но вместо этого по обе стороны дороги тянулось море самых разных, часто беспорядочно расположенных построек и высоток. А впереди вздымалась внушительных размеров гора, поросшая зелёным тропическим лесом.

Похоже, Вань поняла её удивлённо-разочарованный взгляд и с улыбкой пояснила:

— Госпожа Надя, район рядом с аэропортом — не самое живописное место. Но, обратите внимание, прямо перед нами — гора Танлан. Сейчас мы повернём в сторону города, и вам будет хорошо видно её с левой стороны. Это не просто парк, а природный заповедник внутри города. Там приятно гулять по тропинкам.

Машина в это время съехала по многоуровневой развязке на автотрассу и почти беззвучно катилась в плотном автомобильном потоке. Гора Танлан осталась позади, а слева теперь раскинулась широкая зелёная долина, в центре которой блеснула на солнце голубая гладь воды.

— Водохранилище Тиган. Это наша гордость! — продолжила Вань. — Власти тщательно за ним ухаживают. Может быть, даже слишком. Многим оно кажется неестественно чистым и ухоженным.

— А мне нравится! Очень красиво. А до гостиницы ещё далеко? — поинтересовалась Надя.

— Нет-нет. Отсюда нам ехать не больше получаса. Вы выбрали удобно расположенную гостиницу.

Машина уже неслась по эстакаде среди современных зданий, становившихся всё более высокими. Надю удивило обилие зелени: повсюду вдоль дороги росли деревья и виднелись живописные скверы. А вьющиеся растения покрывали даже стены эстакад.

Впереди вставала целая стена огромных зданий. Они были разной высоты и формы, но не казались расставленными беспорядочно. Скорее они напоминали гигантскую друзу кристаллов, похожую на ту, что Надя видела в геологическом музее.