Глава 20

Бок о бок с Руаданом я шла по мощёной дороге в Восточном Лондоне. Слева от нас над тёмным парком возвышались наземные железнодорожные пути. По-видимому, именно здесь я должна была практиковаться в прыжках тенью.

Руадан носил за спиной не один, а два меча, что удваивало его устрашающий эффект. Пока мы шли по улицам Восточного Лондона, перепуганные люди разбегались с нашего пути.

Мы пересекли заросший травой парк, и моё внимание привлекло какое-то движение. Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать, что я смотрю на голую мужскую задницу, торчащую из земли. Когда он снова взглянул на нас, ужас исказил его черты, и он с трудом поднялся на ноги, чтобы подтянуть брюки.

— Дядя Даррелл? — прошептала я себе под нос.

Руадан, должно быть, услышал меня, потому что повернулся и удивлённо поднял брови. Я уставилась на дядю Даррелла, который теперь удирал через парк прочь от нас. На мгновение я подумывала сказать Руадану, что, если он когда-нибудь захочет соединиться с землёй, ему нужно закопать всю мошонку, а не только ствол. Но я передумала, как только вспомнила, что у него напрочь отсутствует чувство юмора.

Лунный свет серебрил парк, и туман клубился вокруг редких деревьев. Тени под железнодорожными путями собирались в тёмные арки. Что-то в этом месте вызывало у меня дрожь, и мне хотелось заполнить тишину.

— Я бывала здесь раньше, — сказала я. — В этом месте есть магия.

Мы двинулись по мощёной дороге, которая вела в парк. Одуванчики пестрели в разросшейся траве. Справа от нас стояли кирпичные стены, которым, наверное, было два столетия. Слева от нас над железнодорожными путями возвышался покосившийся деревянный дом на сваях — возможно, когда-то это была пересадочная станция, но она уже давно заброшена. С одной стороны поля располагалась небольшая городская ферма с грядками, курами, козами и свиньёй.

Едкий дым поднимался из горящей машины, вероятно, украденной и брошенной в одной из железнодорожных арок викторианской эпохи.

— Не вся магия исходит от богов или заклинаний, — сказала я. — Это магия вещей, которые не связаны друг с другом. Это магия странных, забытых мест. Фермы, сгоревшие машины. Одуванчики. Козы, — я указала на дерево, с ветвей которого свисали кроссовки. Какой-то сумасшедший привязал их там. — Ботинки, свисающие с ветвей, как фрукты. Понимаешь, что я имею в виду?

Взгляд Руадана скользнул по мне, и мне показалось, что я заметила искорку любопытства, но он, вероятно, гадал, не сошла ли я с ума.

— Я знаю, — сказала я. — У нас тренировка по прыжкам тенью.

Руадан вытащил из кармана светящийся камень люмена. Затем он подошёл ближе и надел его мне на шею. Меня окутал его сосновый аромат.

Как только застёжка застегнулась, я почувствовала ошеломляющий прилив магической силы. В голове у меня поплыла тьма, но я сумела подавить самые тревожные мысли.

И всё же энергия переполняла меня, и холод призрачной бездны разливался по моим венам и сухожилиям, как чернила, замораживая мои кости. Я посмотрела в холодные фиалковые глаза Руадана. Ему вообще не нужен был камень люмена, потому что эта магия была частью его самого, такой же врождённой, как ходьба для меня.

Я попыталась направить магию, попыталась использовать камни под ногами, чтобы заземлить её. И всё же, как я ни старалась, в моей груди словно разверзлась ледяная пустота. Бесконечная ледяная яма. Раньше я овладела силой, но сейчас мои мышцы начали сводить судорогой.

Как только Руадан положил руки мне на талию, паника немного улеглась.

Я посмотрела в его глаза и обнаружила, что в них мерцает магия ночи.

Лунный свет подчёркивал идеальные черты его лица. Я нервничала, ощущая на себе всю силу его взгляда, но в то же время это вызывало во мне трепет.

— Ты собираешься прикасаться ко мне каждый раз, когда я надеваю этот камень люмена? — иногда у меня появлялась дурная привычка нервно заполнять тишину болтовнёй. — Потому что это может показаться странным, когда мы будем сражаться с инкубами, а тебе придётся всё время засовывать руку мне под платье.

Ответа, конечно, не последовало. Холод в моей груди усилился.

«Заткнись, Арианна. Заткнись».

Я глубоко вдохнула, сосредоточившись на том, чтобы направить ледяную магию по всему телу. Постепенно я начала впитывать её и распределять более равномерно.

Глаза Руадана вспыхнули серебром. И снова что-то пробежало между нами — электрический разряд, пульсирующая сексуальная энергия. Острое изнывающее ощущение обожгло моё тело. Он определённо был инкубом, и жар его чувственной магии растопил холод теней внутри меня.