— Нет! Меня уже, наверное, дома ждут. До завтра!

— До завтра — прощаюсь я.

— Вижу, ты вернулась не с пустыми руками, — улыбается эльф. — Давай покажу тебе твою комнату, а потом пообедаем. Хотя по времени уже ближе к ужину.

— Давай.

Первый этаж домика представляет собой одно большое помещение, правая половина которого занята кухней и столовой, а в левой располагается гостиная. Стены деревянные, так же как и мебель. Напротив бежевого дивана камин и полка с книгами. На полу светло-серебристая шкура какого-то зверя. Стол на четверых и вокруг него расставлены стулья с высокими спинками.

В глубине комнаты винтовая лестница. Поднявшись по ней, попадаем в коридор с тремя дверями.

За одной из них спальня Ханиэля. В центре большая кровать, накрытая ярким лоскутным одеялом. У окна выход на террасу и стол с наваленными на него книгами, бумагами и карандашами. У стены вместительный шкаф.

За другой — санузел с привычным мне унитазом, умывальником и просторной ванной, выточенными из белого камня. На потолке над ванной прикреплён металлический овал. Вместо знакомых мне рычагов и кнопок — круглые прозрачные камни. Если нажать на тот, что у унитаза, то включается смыв. Размещенные у крана умывальника и возле ванной — включают воду. Чтобы отрегулировать температуру, достаточно провести по камню: вправо, если нужна горячая вода, и влево, если холодная. В углу стеллаж с полотенцами, а на бортике ванной расставлены баночки и мыльница с куском белого мыла.

Комната, предназначенная для меня, по размеру такая же, как и спальня Ханиэля. И обстановка такая же, за исключением того, что на письменном столе нет вещей.

Оставляю сумку с рюкзаком на кровати, и мы спускаемся на кухню.

Ханиэль раскладывает по тарелкам рагу, достаёт из шкафа миску с салатом и желает мне приятного аппетита. Поскольку к этому времени я действительно успела сильно проголодаться, ем с огромным энтузиазмом.

После этого Ханиэль моет посуду и улыбается:

— Наверное, ты хочешь помыться?

— Хочу!

— Хорошо. Я уже это сделал, пока тебя ждал, так что можешь занимать ванную столько времени, сколько потребуется.

— Спасибо.

Валяюсь в ванной около часа, а когда выхожу, чувствую себя обновлённой. Ханиэль помогает мне высушить волосы и улыбается:

— Пока ты мылась, Надиэль принёс тебе пару сандалий. Примеришь?

— Конечно!

Сандалии из светло-коричневой кожи садятся идеально. Пройдясь из стороны в сторону, убеждаюсь, что это самая удобная обувь из всего, что мне когда-либо доводилось носить.

— Как здорово! — восторженно делюсь я.

— Рад, что тебе нравится, — улыбается Ханиэль. — Что интересного сегодня увидела?

Делюсь с ним впечатлениями от экскурсии по городу и рассказываю, как попала в гости к Юане. Заодно интересуюсь:

— У вас живут феи? А есть другие расы?

— В нашем городе есть одна фея и две дриады. Но с дриадами тебе будет сложно встретиться: они очень ценят одиночество… Скоро закат. Может быть, попьём чай и посмотрим?

— Конечно!

Ханиэль заваривает нам чай, и мы отправляемся на террасу, откуда открывается шикарный вид на ближайшие дома и солнце, которое уже клонится к горизонту. При всей разнородности строений вместе они смотрятся странно гармонично. Это удивляет.

Смотрю на то, как облака окрашиваются в оттенки алого и оранжевого, любуюсь городом. Сердце замирает, как же в этом месте красиво!

Когда солнце прячется полностью, а в окнах домов загорается свет, Ханиэль предлагает:

— Давай проведу диагностику твоего организма. Нужно убедиться, что ты правильно восстанавливаешься.

— Давай. Что для этого нужно?

— Идём в твою спальню.

Он усаживает меня на кровать, касается моих висков кончиками пальцев и прикрывает глаза. От его рук разливается приятное тепло. Вот только оно не успокаивает, а проходит сквозь меня волнами возбуждения.

Ханиэль отстраняется и смущённо улыбается:

— Прости. Всё время думаю о том, чтобы тебя поцеловать… Ты такая красивая!.. А ты хочешь меня поцеловать?

В полумраке его глаза слегка светятся, и золотистые искорки в них притягивают взгляд. От его слов сердце начинает трепетать, а в горле пересыхает. Происходящее смущает и будоражит. Устоять невозможно, поэтому киваю.

Ханиэль пахнет хвоей, мятой и ещё чем-то сугубо мужским. Его губы приятно прохладные, мягкие. Он придерживает меня за затылок, и его ладонь обжигает. Контраст прохладного поцелуя и горячей руки на затылке будоражит. И чем жарче становится наш поцелуй, тем ярче внутри меня разгорается возбуждение. В какой-то момент желание коснуться Ханиэля становится таким нестерпимым, что обвиваю его плечи руками и касаюсь кожи шеи. Она бархатистая и очень приятная на ощупь, а под ней чувствуются стальные мышцы. Ласкать его очень приятно, но этого мало. Хочется большего. Начинаю дрожать от нестерпимого желания. Ханиэль отстраняется, но лишь для того, чтобы покрыть жаркими поцелуями мою шею. Каждый словно оставляет пылающий удовольствием ожог на коже. Ощущения настолько яркие, что не получается сдержать стон.

Пальцы сами находят пуговицы его рубашки. Дрожат, мешая. Успеваю справиться всего с двумя, когда Ханиэль отстраняется и стягивает мешающую одежду через голову. Вид широких плеч, перекатывающихся под кожей мышц, маленьких тёмных горошин сосков, притягивают взгляд. Он так совершенен, что просто невозможно отстранённо любоваться. И я себя не сдерживаю.

Провожу языком по кубикам пресса. Никогда не думала, что меня может возбуждать подобное; что будет так приятно ласкать кого-то губами, языком, руками; что каждая ласка чужого тела будет будоражить и кружить мою собственную голову.