— Вот и молодец. Но ты увильнул от темы. Чем ты обычно занимаешься в свободные дни?

— Раньше я много времени проводил за научными работами, ухаживал за лекарским садиком, готовил зелья, навещал родителей, гулял.

— Гулял?

— Да. У меня в основном сидячая работа, а это не особенно полезно для здоровья.

— Тогда мы можем погулять… Я вспомнила, что я забыла! О кофе забыла, а мы ведь собирались.

— Точно! Я тоже об этом совсем забыл. Идём в кафе?

— Идём.

— А Тираэль тоже не любит кофе?

— Этого я не знаю. До встречи с тобой мы с ним хорошо общались, но не настолько, чтобы я знал о нём такие детали.

— Понятно.

Кафе представляет собой большую открытую беседку с всего шестью столиками и длинной барной стойкой, за которой хозяйничает седовласый эльф. Один из столиков занимает парочка явно влюблённых эльфов (их страстный поцелуй не оставляет сомнений), а вот остальные места свободны.

— Привет, Ханиэль, — приветливо усмехается седой эльф. — Неужели ты наконец-то распробовал кофе?

— Нет, Нашин, не распробовал. А вот моя невеста очень любила его в своём мире.

— Привет, Дариниэль.

— Здравствуйте, — приветствую его я.

Он достаёт ручную кофемолку и начинает измельчать зёрна, из-за чего вокруг распространяется изумительный кофейный аромат. Нашин улыбается мне:

— Наслышан о тебе и рад наконец-то познакомиться. А уж тому, что ты и в своём мире любила кофе, рад вдвойне. Давай я сделаю тебе чашку напитка без добавок, а ты скажешь, похож ли мой кофе на тот, что ты пила в вашем мире?

— Конечно!

Он заканчивает молоть, пересыпает то, что получилось, в чашку, заливает совершенно холодной водой и сжимает чашку в ладонях. Над жидкостью появляется пар. Нашин проводит сверху ладонью, а когда убирает её, аромат усиливается и кофе приобретает привычный цвет.

Эльф протягивает напиток мне. Делаю осторожный глоток и восторженно охаю:

— Невероятно! Я обычно пью с молоком или сливками, но у вас он даже без всего невероятно вкусный.

— Что ещё у вас добавляют в кофе?

Около трёх часов мы обсуждаем различные добавки и их сочетание. За это время приходят ещё два посетителя, но Нашин обслуживает их, не отвлекаясь от разговора. Расстаёмся очень довольные друг другом. Понимаю, что буду завсегдатаем этого заведения.

Когда выходим на улицу, спрашиваю у Ханиэля:

— А почему у Нашина такое странное имя? Я имею в виду, что у вас все имена заканчиваются на «эль», а у него нет.

— Это потому, что ему больше двух тысяч лет. В то время давали имена без «эль».

— Но почему тогда вы называете меня Дариниэль, а не Даша?

— Потому что имя в том числе говорит и о времени, когда кто-то родился. Так что тебя правильно называть Дариниэль.

— Но ведь я родилась в другом мире.

— Это не имеет значения… Зайдём к моим родителям?

— Уже скоро обед, а после обеда у меня занятие с сыном Рамиэль.

— Ладно. Значит, сходим к ним после твоего занятия.

— Ладно, — вторю я, а сама радуюсь, что получилось отложить встречу, как раз будет время мысленно настроиться.

После обеда Ханиэль отводит меня в так называемые «Магические залы» — странное серое каменное здание метров пять высотой в форме куба. Стены сплошные ровные без украшений и окон. Дверь выполнена из того же камня, что и фасад, и больше похожа на плиту с ручкой.

Входить немного страшновато, и я рада, что рядом со мной Ханиэль.

За дверью оказывается коридор с такими же каменными серыми стенами и полом из того же камня. Но под потолком кружатся светлячки, а на стены нанесены разноцветные светящиеся цветочные узоры, и страх сменяется восхищением. Появляется ощущение, словно я попала в другой волшебный мир.

На каждой дверной ручке затейливый значок. Коридор упирается в светлое помещение, но что там, узнать не удаётся, поскольку Ханиэль стучится в первую дверь слева, а потом открывает её и входит.

Под потолком этой комнаты горят огоньки, похожие на звёзды. Вдоль стен расставлены шкафы с книгами, а в центре стоят три письменных стола, за которыми что-то пишут эльфы. Два брюнета кажутся совершенно обычными, а вот третий эльф с серебристыми, словно расплавленное серебро, волосами, сразу привлекает внимание — черты его лица настолько красивы и гармоничны, что сердце пропускает удар. А когда он поднимает на нас свои светло-серые глаза, приходится приложить усилия, чтобы не залипнуть.