Сюжет испанского телевидения.

Яхта «Малышка Эвилин» считалась самым надежным судном на острове Фуэртевентура. Но 19 августа она бесследно пропала. Это был самый благоприятный день для морских круизов под парусом, и ничто не предвещало плохих известий. «Малышка Эвилин» вышла, чтобы отправиться в Санта-Крус-де-Тенерифе, но больше ее никто не видел. Эта яхта считалась самым надежным судном на острове Фуэртевентура. Но, возможно, все дело в том, что принадлежала она, как пишут газеты, весьма загадочной личности — Алехандро Сэро, который еще недавно был русским гражданином Александром Серовским. Сеньор Серов-ский обладал огромным состоянием. Говорили, что он один из главных сибирских мафиози и на его совести немало человеческих жизней. Вместе с сеньором Алехандро Серо исчезли и несколько его охранников. Прощай, «Малышка Эвилин», судя по всему, нам тебя больше никогда не увидеть.

Уже совсем стемнело, когда по той же грунтовой дороге, но в обратном направлении и на малой скорости Ерохин вывозил на мотоцикле тело висельника. Ногами вперед, завернутое в полиэтиленовую пленку, оно лежало привязанное к доскам, которые Ерохин закрепил поверх люльки. Оно всякий раз покачивалось, когда «Франкенштейна» встряхивало на колдобинах. Так они долго ехали сквозь густой и холодный черный мрак, и луч фары пробивался лишь на несколько метров вперед. Под колесами хрустел лед, пленка шуршала на ветру. И в этой тревожной обстановке Ерохин думал о прошедшем лете, в течение которого под этой пленкой этот покойник выращивал помидоры, огурцы, перцы или что там еще. Потом, наверное, на пару с женой они их мариновали и представляли, как на новогодние праздники поднимут из погреба банки, выловят из рассола упругие, аппетитные овощи — к мясу чушки, которая давно вошла в нужную кондицию и просилась под нож, или к телячьей требухе. В общем, ничего особенного от этой жизни не ждали — хотели тихого домашнего счастья на фоне сельского ландшафта. Не случилось...

В районе вешались и раньше — об этом не раз говорили на совещаниях, но причины таких происшествий всегда лежали на поверхности. Обыкновенно, это был алкогольный делирий или психические состояния, связанные с ним. А что здесь? Неужели убийство? Убийства тоже случались, но в девяти случаях из десяти все на той же пьяной почве, в ходе бытовых разборок — не то сказал, косо посмотрела, не хотела дать, взял лишнего, отказалась одолжить... Редкостью были убийства во время грабежа, при отъеме пенсии, при попытке увести скотину.

В Романово Ерохин не стал никого расспрашивать об армейских ботинках — местные старики такую обувь не носили, а чужаков не видели. Но кто-то же оставил след. Повешенный был трезвым, повешенный собирался жить. Может, временное помутнение рассудка? Пожалуй, так бы и порешили, если бы не отпечаток на картофельной делянке. Кто мог забраться в такую глушь, чтобы тайком убить человека, сымитировав суицид? Кем был этот Никита? И как на самом деле получилось, что эта Зоя в третий раз стала вдовой?

Тикали ходики. Свесивши ноги с печи, посапывал Ленька. На кровати беспокойно спала Дамира. Рядом неуклюже приткнулось ее инвалидное кресло. Галя сидела на кухне, вязала, ждала мужа. Наконец донесся собачий лай, который тут же сменился радостным скулежом. Галя прислушалась — легкий стук двери, и в дом зашел Ерохин. Она поспешила к нему, приняла бушлат, повесила на крючок в передней. Он разулся, умылся под рукомойником. Галя подала ему полотенце, заговорила шепотом:

— Поздно. Дети очень хотели тебя дождаться.

— Труп в районе сдавал... на экспертизу.

— Только и разговоров у нас в деревне, что про этого покойника...

Ерохин вытер руки, прошел к столу, сел. Галя вынула из печи и поставила перед ним накрытое салфеткой большое блюдо.

— Знаешь, что говорят?.. Говорят, что ведьма она, эта баба. Зоя, да?.. Уже третьего мужика угробила.

Ерохин сдернул салфетку с блюда, удивился:

— Беляши?

Галя села напротив.

— Фермер из Никольского сегодня мясо привез — килограммов пять. Говорит, мужу вашему за помощь спасибо. А он знает, за какую.

Она посмотрела на Ерохина, ожидая, что он расскажет ей о том, что имел в виду фермер, но Ерохин только пожал плечами, взял беляш. Галя покорно приняла его нежелание говорить о визите фермера, вздохнула:

— Дамира и Ленька сегодня весь вечер вспоминали, как мы в Бадахшане беляши готовили и самбусу. Скучают по горам. — В ее голосе зазвучала тревога: — Бабки деревенские говорят, что лучше тебе не связываться с этой ведьмой. Все равно, мол, ничего не докажешь — спишут на самоубийство. А зато она может тебе всякого сделать. Так и говорят.

Ерохин заметил в жене скрытое напряжение, доел беляш, вытер салфеткой руки.

— Это все новости?

Галя неопределенно пожала плечами:

— Заварю тебе зеленый чай.

Она попыталась встать, но Ерохин удержал ее движением руки. Он точно знал, что причиной ее тревоги не могут быть слухи про ведьму, которые так охотно разносят местные старухи.

— Ну, говори, что еще?

Галя опять вздохнула, помолчала, собираясь с духом.

— Сегодня смотрела по телевизору новости. Джурабеков — в Душанбе. Приехал из Афганистана в составе оппозиции.